- Хорошо. Итак, я заметил в газетах ваше объявление, - повторил он. Гость говорил вежливо, но хозяйка воспринимала каждое слово отражением удара.
Внешне теперь всё выглядело прилично, но она почему-то подумала: как на дуэли.
- Отнюдь, - как бы прочитав эту мысль, заявил он. Но следующей фразой опровергая предыдущий выпад, примирительно вернулся к объявлению. - Очень неплохо. Вот и решил познакомиться.
- Рада, что вам понравилось. И всё же, это моё рабочее время, - напомнила она. - И оно отнюдь не дешёвое.
- Однако, - Алон вздернул брови, снова перейдя на ты. - В тебе появилось что-то новое. Я не помню, чтобы ты когда-нибудь говорила о деньгах.
- Послушайте, - раздражённо сказала Сандра. - Если мы знакомы, то я этого не припоминаю. Что вам от меня надо?
Гость вздохнул: - Ладно, извините. Не для того я сюда пришёл, чтоб ссориться. Скажите, - в его взгляде встрепенулась надежда. - Вы на прошлые жизни медитируете?
- Иногда, - хозяйка пожала плечами. - Мне бы настоящую отладить...
- Для этого я и пришёл, - улыбнулся Полинер.
- Понятно. Вы из КГБ? Или в какой новый кошмар там теперь это превратилось?
- Да неужели похож?
- Нет, на этих, честно, нет, - призналась Сандра. - Хотя я не эксперт.
- Ну спасибо, хоть на этих-то нет... Да не волнуйтесь, никаких организаций я здесь не представляю.
- Так что же вам всё-таки нужно? - Осведомилась девушка.
Гость пожал плечами: - Неужели нельзя просто прийти познакомиться... Так сказать, с соотечественницей... - Он криво усмехнулся. - Если, например, мне понравились чьи-то стихи, я непременно познакомлюсь с поэтом...
- Вы, наверно, сами пишете?
Алон откровенно расхохотался.
- Не вижу ничего смешного.
- Да-да, конечно, - казалось, он поперхнулся собственным смехом. - Да, я пишу... - И не заставляя себя просить, процитировал: - Я поклонюсь седому океану... Узнаю, как твой выполнить каприз... Нет, не помню, - Полинер покачал головой. - Вернее будет сказать, писал когда-то... Давно позабыл всё... Или, скажем... По вечерам над ресторанами прозрачный воздух дик и глух...
- Шутить изволите, - усмехнулась Сандра. - А если проверка, то чересчур, кто же этих-то строк не знает.
- Ну вот, и опять всё повторяется, - заметил Алон и поспешно прибавил: - Нет, отнюдь. Разве можно проверять тех, кого любишь...
- Ого! - Сказала девушка. - Ничего себе, темпы...
- Не придержать шагов Истории... - Тотчас отозвался гость. - Ни хода ейного, ни темпов.
- Я поражена, - ехидно призналась Сандра. - Можно сказать, убита наповал.
- Это я так перевёл на русский. - Гость улыбнулся. - Причём экспромтом.
- С какого же языка? - Осведомилась она и почувствовала, что раздражение к посетителю испарилось.
- С древнего эллинского...
- Из Гомера, что ли?
- Ага! - Презрительно хмыкнул Алон. - Гомеру до моего уровня ещё прозреть надо... И дозреть. - Перевести только на русский не умею. А Блок почему-то не подключился... Или не оценил... - Гость похоже увлёкся и не замечал недоумения хозяйки. - Хотя подключался к моим каналам, и не раз... Опять же, "И правит окриками пьяными туманный и тлетворный дух", - дошло же до него, достучалось.
Он взглянул на девушку. Та выглядела так, будто её осенила неуловимая идея. Почувствовала что-то, но до сознания ещё не дошло.
- Мир - это огромная кладовая памяти, - тихо начал он. - На самом деле всё уже давно создано и только воссоздаётся поэтами, когда они подключаются к энергетическим каналам... А ключ к каналу в душе у каждого. Поэтому тот же Блок или, скажем, Маяковский подключались к разным, в моем вольном переводе на современные понятия, ячейкам этой вселенской памяти и воссоздавали разные стихи. Конечно, каждый работает в пределах своего языка и техники тоже, но идея, внутренний взрыв, настрой... Допустим сочинил когда-то этот болван Орф "Страсть, как змея, ползёт... " - вот тебе, пожалуйста: через двенадцать тысяч лет некая Лана Изюмина шепчет теперь эту ерунду с эстрады, извиваясь вдобавок в ритме блюза, и не подумает даже, а публике и в голову не приходит простейшая мысль: да ведь страсть по определению ползти не способна, а может только взрываться.
- Орф - имеется в виду Орфей? - Тихо спросила Сандра.
Она четко чувствовала: она не только давно его знает, он родной, между ними теплота, между ними близость. Тем не менее, неуловимое воспоминание не сознания - подкорки - интуитивно отталкивало Сару от этого умного и очень-очень красивого мужчины.
- Слушай, - раздражённо сказал Алон. - Если тебе даны возможности медитировать и вникать, нельзя же вот так выбрасывать это на помойку. Ты, тренированая ясновидящая, азов не помнишь! Да, шестое чувство для человечества превратилсь в странный атавизм, нечто непознаваемое, недосягаемое, игра на вечеринке, способность охмурять для шарлатанов! И лично я уже вот теперь этому не удивляюсь. Конечно, если не только не развивали, а вообще перестали пользоваться... Даже ты... Оракул, называется...
