– Издеваешься, да? Я все папе расскажу.
– Валяй! Достало все! – в сердцах бросаю на стол ручку, которую все ещё держу в пальцах.
– Папка выгонит тебя из банка, вот увидишь!
Марианна громко хлопает дверью. Я ещё долго слышу в приемной ее возмущённый голос и басок Ярослава, который пытается ее успокоить. Но мне все равно. Твёрдая почва уходит из-под ног со страшной силой, хоть к гадалке обращайся, но, увы, я не верю ни в гороскопы, ни в предсказания.
И почему все пытаются управлять мною? Почему такие неподдающиеся?
– Ева Сергеевна… – в кабинет заглядывает секретарь. – Вам звонили из полиции. Хотят взять показания.
– Потом. Все потом! – в голове свербит одна мысль: как заполучить Дениса. – Гони их, иначе я за себя не ручаюсь!
– Не могу, – шепчет Ярик и делает круглые глаза маслинами. – Они уже в приемной.
Растираю пальцами лицо, чтобы привести себя в порядок. И в этот момент рождается идея…
Глава 5
Совет друга – приглядеться к директрисе – в этот раз я выполняю.
Приглядываюсь.
Даже внимательно.
Ничего такая штучка, всего в меру: где надо, округло, а где надо, тонко. Есть за что подержаться.
Но ее серые глаза мечут молнии, от которых первым порывом хочется спрятаться, а вторым – по-звериному оскалиться и броситься в атаку. С губ леди срываются далеко не слова воспитанной девочки, и я тоже начинаю огрызаться. С такой пикировщицей, как эта Ева Сергеевна, договориться по-хорошему невозможно.
От подобных баб я стараюсь держаться подальше. Сразу чувствую себя нищебродом и жиголо. Мне бы кого попроще, попокладистей, такую милую домашнюю кошечку. Она будет варить борщи, встречать поцелуем с работы, а по воскресеньям устраивать званые обеды.
– Ты, бро, раскатал губу, – хмыкает Гошка, когда я рассказываю ему о своём впечатлении. – Каждая милая кошечка мягко стелет, да жестко спать. Она со временем превращается в тигрицу, того и гляди в горло вцепится. А такую, как банкирша, сразу ломать через колено надо и розгами, розгами… Вмиг шелковой станет.
– Ага, сплю и вижу, как ее прутьями хлещу по пятой точке!
Говорю и замолкаю: настолько яркая картина перед глазами, что внутри начинает шевелиться желание. Только этого не хватало! Дергаю ногой.
– Зря не веришь, – обижается приятель, отворачивается к монитору и начинает что-то настраивать.
Наш пустой трёп далёк от жизни. Ни у Гошки, ни у меня нет долговременных связей.
– Не злись, бро! – говорю Гошке. – Эта банкирша совсем больная на голову! – Представляешь, запрос от полиции разорвала.
– Ого! И что делать будем?
Вздыхаю: хотел же договориться мирным путём. Не вышло. Что ж, раз выбора нет…
– Будем выпускать стрим.
Гошка помолчал, пожевал губами и махнул на кресло.
– Садись сюда.
Пристраиваюсь на стул перед камерой и чувствую, как потеют ладони, а по спине бежит капля пота. От волнения забыл и о чертовой ссуде, и о директрисе.
– Дэн, на тебе прямо лица нет! – шипит на меня Гошка. – Сядь ровно, не горбись. Тебя никто не видит.
Он задаёт мне вопросы, я отвечаю и постепенно успокаиваюсь. Говорю не столько о мошенничестве, сколько о жадности банка, который не желает пойти навстречу клиенту и заморозить ссуду до выяснения всех обстоятельств.
Краем глаза вижу на большом мониторе директрису – это приятель вставляет фрагменты записи, сделанной в кабинете. Для этой цели пришлось раскошелиться и купить шпионскую камеру, вделанную в пуговицу.
Неприступная дамочка то высокомерно что-то спрашивает у меня, то с искаженным лицом злится. А последний момент, когда она бросается на меня, чтобы отнять ключ, вообще страшен. Девушка выглядит сущей мегерой, амазонкой-воительницей, вот только защищает она деньги, а не человека.
– Вот оно, лицо современного банкира, – стебется Гошка. – Смотрите и любуйтесь!
Этими словами он заканчивает стрим. Я бросаюсь к экрану, справа движется лента комментариев. Зрители просто в бешенстве от увиденного, каждый высказывает своё мнение.
– И как результат? – спрашиваю у Гошки.
– Ну, реакция ожидаемая, но я старался быть беспристрастным, да и ты говорил ровным, замогильным тоном, практически без эмоций.
– Это хорошо?
– В данной ситуации – да. Представь, если соберётся толпа зрителей и пойдёт войной на банк.
– Войной? Я-я этого не хотел, – от волнения даже заикаюсь.
– Ну, не совсем. Охрана разгуляться не даст, но искать подстрекателей начнёт сразу. Быстро выйдет на меня.
– И что тогда?
– А леший знает! Могут дать штраф, а могут и в кутузку посадить за нарушение общественного порядка.
– Да ладно!
– Вот тебе и ладно! – Гошка хлопает меня по плечу. – Риск приносит результат, но не всегда положительный.
Остаюсь ночевать у друга. Мы всю ночь сидим у монитора, отслеживаем комментарии. Большинство подписчиков канала возмущены поступком директрисы, но нашлись и те, кто осудил меня.
Неприятно.
Когда раздаётся звонок в дверь, мы внутренне уже готовы к проблемам.
– Откроешь? – одними губами спрашиваю я.
Гошка на цыпочках подходит к двери и заглядывает в глазок. Потом смотрит на меня и качает головой:
– Это не полиция.
– Как узнал?
– Менты сразу ксиву показывают.
От нового звонка в дверь оба подпрыгиваем.
