Пили исключительно травяной чай (гадость редкостную), но если бы опять вдарили по чему-то крепкому, боюсь, так недолго было и до алкоголизма. За последнее время никаких новостей от моей благоверной, чтоб ей пусто было в сотый раз за то время, пока я рассказываю эту историю, не появилось. Это напрягало - я предпочел бы знать, что там у Августушки в голове.
- Какой? - уныло посмотрел я на девушку Быстрикова.
- Ну… Как в «Красотке», например, - пожала она плечами.
- Предлагаешь приехать к ней под окна офиса и залезть по пожарной лестнице в кабинет с букетом в зубах? - приподнял я брови.
- А что? - Быстриков почесал подбородок. - Идея весьма неплоха.
Я хмыкнул. Сам Юрик вполне мог припасти этот вариант на тот случай, когда накосячит перед Дашей. Правда, ему лезть никуда не грозило - Дарья работала на цокольном этаже в магазине парфюмерии.
- Ладно, я подумаю, - сказал, допив симбиоз шалфея, мяты и еще какой-то жутко полезной хрени. - А пока спасибо за компанию, поеду домой и попытаюсь поспать.
Я направился в прихожую, Быстриков и Даша зашагали следом. Сегодня приехал к ним, когда понял, что сидеть и дальше дома и сходить с ума я просто не в силах. На выходных планировал смотаться с Ленкой в соседний город и сдать днк по-новой. Юристу нужны были железные доказательства того, что отнять у меня ребенка никто не в силах. А в целом, он готовил иск к клинике на кругленькую сумму, ну и планировал поднять бучу в сми. Вот только поначалу я собирался крепко пораздумать над тем, давать ли ход этому скандалу, учитывая, что в него наверняка втянут в первую очередь Лебедеву.
- Спасибо за то, что приютили, - повторил свою благодарность и собирался было уже уходить, когда Юра нахмурился.
- Евка что-то звонит. Странно, я думал, они с Марусей спят уже давно, - пробормотал он, глядя на экран телефона.
Я мысленно взвыл, готовясь к самому худшему. По скупым ответам и уточнениям Юры, ответившего на звонок, было ни черта не понятно. Хотелось вырвать телефон из его рук и потребовать ответа самому, но я, по понятным причинам, делать этого не стал.
- Сейчас буду! - заверил он и, положив трубку, бледный, словно мел, начал метаться по прихожей. Я схватил его за рукав и повернул лицом к себе.
- Что? Что там? - гаркнул, жаждая услышать ответ.
- Евка на живот жалуется, боится, что… в общем, в больницу ей надо, - проговорил Быстриков.
Я оттолкнул от себя ни в чем неповинного Юру и, не успев нацепить даже куртку, помчался на помощь Еве.
Быстриков запрыгнул ко мне в тачку, едва я, в свою очередь, прыгнул за руль.
- Я с тобой! - заявил он непререкаемым тоном.
- Окей, - кивнул в ответ, посчитав, что это здравая мысль.
Пока мы с Лебедевой смотаемся к врачу (твою мать, лишь бы это была какая-нибудь кишечная колика!), Быстриков отвезет Маруську к себе. Или к моей маме под ее присмотр и зоркий глаз Малютина.
Я гнал с космической скоростью, видимо, собрав все возможные штрафы, какие только существовали в пдд нашей необъятной родины. Но мне было плевать - лишь бы только скорее добраться до Евы.
Когда мы с визгом шин затормозили у дома Лебедевой, я выскочил из машины и, едва ли не перепрыгнув забор, заколошматил в дверь.
- Ев! Открой! Это Егор!
- Да не барабань ты! - окликнул меня Юра. - У меня ключ есть, а ей лежать надо.
Едва ли не воя от промедления, я дождался, пока Быстриков, наконец, совладает с замком и, ворвавшись в дом, заметался по крохотному холлу.
- Дальняя комната справа, - подсказал Юра, и я ураганом помчался в указанном направлении. Лебедева обнаружилась на постели, где она свернулась калачиком и жалобно всхлипывала. Возле нее сидела и сосредоточенно играла в какие-то пирамидки Маруся.
- Крош… ну, ты чего? - задал я самый дурацкий из возможных вопросов, бросаясь к Лебедевой и опускаясь на колени перед ее постелью.
Она замотала головой и шепнула одними губами:
- Мне так страшно, не хочу его терять.
И только теперь я ощутил весь тот ужас, который владел ею в данный момент. Это для меня, мужика, все вроде было не настолько критично, и, конечно, в первую очередь я опасался за здоровье Евы. А вот для Лебедевой, которая стараниями дерьмовых врачей уверовала в то, что дети для нее сродни чуду - все ощущалось совсем иначе.
- Не потеряешь! - заверил я ее и, обернувшись к Быстрикову, велел:
- Забирай Марусю, поезжайте к Даше, а лучше к моей матери. Адрес я скину. А я вызываю скорую.
Юрик помедлил немного, словно сомневался в том, что ситуация настолько фатальная, но все же быстро схватил племянницу и, заверив, что позвонит нам, как только доберется до дома, уехал.
- Почему не позвонила врачу? - спросил я у Евы чтобы хоть чем-то ее отвлечь, когда дозвонился до платной скорой, что должна была прибыть со скоростью, с какой летают ракеты в космос.
- Надеялась, что все пройдет, - всхлипнула Лебедева. - И я уже сказала… мне так страшно.
- Все будет хорошо, - попытался успокоить я Еву.
И когда она кивнула, стал мысленно подгонять тех, кто ехал спасать не только самую драгоценную женщину моей жизни, но и меня, чье существование без любимой станет почти лишено смысла.
