Я вздохнула. Да уж. Приятно быть богатой наследницей, но даже у них жизнь состоит не из одних лишь радостей. Ничего не поделаешь. Есть свои ритуалы и их надо соблюдать.
— Хорошо. Помоги мне одеться, и я пойду завтракать. А на прием к королю нам когда? Вечером? Туда тоже несколько часов сборов? У меня хоть платье приличное есть?
— Госпожа. Вы опять меня пугаете. Для этого случая наряд был пошит особо. Кроила самая дорогая столичная модистка из лучшей парчи и тончайшего шелка. Его привезли несколько дней назад и вы были в восторге.
— В восторге? — ну хоть это радует. Хотя кто знает, какой вкус был у меня на тряпки ранее, может, и не ахти. Ну да ладно, уж как есть. — А да, припоминаю… Спасибо Ирма.
Я бросила последний взгляд в зеркало и направилась в малую столовую, где по словам Ирмы, меня ждал завтрак и дядя Виктор.
Дядя, судя по количеству пустых тарелок, стоящих перед ним, уже позавтракал и сейчас попивал кофе, проглядывая местную газету. При виде меня он отложил ее в сторону, поднялся и улыбнулся одними губами.
— Доброе утро, Тати. Ты сегодня припозднилась. Как самочувствие? Лекаря приглашать?
— Доброе утро, дядюшка, — я тоже растянула губы в неискренней улыбке и присела за стол. — Со здоровьем всё в порядке. Лекаря можно не беспокоить.
Замечание об опоздании к завтраку я оставила без ответа. Осмотрела стол. Да уж… В прежней жизни я так обильно не ела. Здесь было всё, что можно себе представить для идеального завтрака: свежие хлеб и булочки, сыры и колбасы, яйца и бекон, омлеты, блинчики, огромное количество фруктов, чай, кофе, молоко, вода и даже шампанское. Сладостей тоже не перечесть. Всё это богатство лежало в серебряных вазочках и сводило меня с ума ароматами. При таком раскладе я тут за месяц лишних килограммов десять наберу. Надо умерить пыл и аппетит.
Я положила на свою тарелку лишь булочку с сыром и блинчик с ягодной начинкой. Потом подумала и присоединила к уже взятому несколько пирожных. Сама себе налила кофе, обильно разбавила его молоком и принялась есть.
— Сегодня едем во дворец, ты помнишь Татиана? — спросил дядя, когда я утолила первый голод.
— Забудешь такое. Конечно, помню.
— Очень надеюсь, что ты проявишь благоразумие, манеры, обаяние и понравишься наследнику королевства — Марию Луцию младшему.
— Конечно. Разве может быть иначе? Сделаю все, что в моих силах, — я кротко улыбнулась и опустила глаза в стол, как примерная племянница, на которую можно положиться. Потом бросила на родственника лукавый взгляд из-под ресниц и задала вопрос с подвохом. — Дядя, как ты считаешь, правдивы ли те слухи, что ходят о наследнике среди простого люда?
Это был пробный шар, кинутый наугад. Я не ждала никакой серьезной информации в ответ, но кое-что все же получила.
— Что ты! Татиана, конечно, нет! Люди болтают всякое, но я уверен, что обвинения против королевской семьи беспочвенны. Ведь до сих пор никто не предъявил никаких более-менее достоверных доказательств. Наследник юн и, возможно, имеет нелегкий характер, как и большинство мужчин его возраста, к тому же облеченных деньгами и властью. Но не более! — в глазах дяди блеснул наигранный гнев.
— Но слухи не возникают на пустом месте…
— Вот про это, Тати, я как раз и хотел тебя предупредить особо! Марий — наследник престола. Любые сведения, порочащие его репутацию, могут приравниваться к государственной измене. Это всё очень серьезно!
— Тогда понятно, почему никто до сих пор так и не предъявил никаких доказательств…
— Татиана! — глаза дяди гневно сверкнули.
— Ладно, ладно… Не надо так волноваться. Я же не маленькая и все прекрасно понимаю. Просто спросила…
Я взяла со стола большое зеленое яблоко, вгрызлась зубами в сочную мякоть и подумала, что об этом наследничке, необходимо подсобрать побольше информации. А готовиться лучше сразу к худшему.
— Да, кстати, как там рабы? Когда бои? Через две недели?
Дядя набрал в грудь побольше воздуха. Всё что он хотел высказать мне по этому поводу тут же, как в зеркале, отразилось на его лице. И приятных эмоций я там не разглядела. Но, надо отдать должное, дядя сдержался. Как видно, из последних сил.
— Да, Тати. Через две недели бои. А это значит, что у нас совсем мало времени, чтобы подготовить и натренировать то недоразумение, что ты выбрала на рынке.
— Ну что ты, дядя. Зря сомневаешься. У меня интуиция! Я победителей вижу издалека!
— Что у тебя? Какая еще «№;%*…иция»? Что за манера материться по поводу и без у благородной дамы, с безупречным воспитанием и образованием⁈
— Я не матерюсь, — посмотрела на дядю обиженно, — просто говорю, что людей насквозь вижу и немного предчувствую будущее. Все нормально будет у нашего раба! — сказала я с уверенностью, которой на самом деле не ощущала.
— Очень сильно, Тати, в этом сомневаюсь. Насколько лично я «немного предчувствую будущее», нашего раба убьют еще в первом круге, а репутация и фамильная гордость герцогства понесут невосполнимый урон.
