– Эти люди, двое мужчин, старый и молодой, подошли к нам справа от лога с водой. Они загнали овец пить воду, а сами не двигаются, стоят с навьюченным вороным жеребцом наверху и глядят в сторону нашего дыма. У них есть охотничье ружье. Они выглядят не злыми, а усталыми. Один из них, если бы хотел, мог доскакать до нашего костра, но почему-то они стоят и стоят. У них есть опытная собака, она следит за овцами и не дает им разбегаться. А сейчас они бы и не разбежались никуда, утоляя жажду. Коню молодой поднес котелок с водой, но не ослабил подпруг.
– Немного странно то, что ты рассказываешь, – сказала Аюрзана. – Беги обратно, и пусть кто-нибудь принесет мне следующие новости.
Прошло чуть больше часа, и вернулась взрослая женщина Сэндэгма. Она сообщила, что мужчины так и остаются на месте в напряжении. «Видимо, это обычные чабаны, которые заблудились. Они сами боятся нас», – добавила она. А Ринчин сказал, что, если бы у него был конь, он бы на этом коне выехал незнакомцам навстречу.
– Я пойду и поговорю с ними, – решила Аюрзана, – только оденусь получше. Надену малгай главы рода, чтобы они отнеслись ко мне соответственно.
– Возьмите мой револьвер, – предложил Ринчин. – Он стреляет вот так!
Ринчин мгновенно вынул револьвер из-под тэрлига и ловко подготовил его к бою.
– О нет-нет, – воскликнула Аюрзана, – надо было учить меня раньше. Боюсь, если я его достану, они отнимут его у меня, если это бандиты.
Она зашла в юрту и вышла из нее статной величественной красавицей в расшитом шелками тэрлиге и праздничном малгае, подбитом баргузинским соболем и с малиновым бархатом навершия. Нима и Мунхэбаяр взялись было проводить ее, но у них не нашлось соответствующей одежды.
– Пусть парни следят за Аюрзаной издали, – распорядился Ринчин, – и, если будет что-то тревожное, Нима запустит стрелу вверх. Я готов потратить на этих двух незнакомцев два патрона из своего боезапаса.
В это время пришлецы переговаривались между собой.
– Пахнет жилым, – сказал старший, Тумэн, – но совсем не тянет людским запахом сытной пищи. Это могли быть охотники, но что же им делать в таком отдалении от леса? И не лают собаки. Вот они бы давно учуяли нас.
– Много странностей сейчас, – вторил ему младший, Солбон. – Может быть, это и не люди, и не драконы, а нечто среднее? А может, это военные или бандиты?
– Вчера я был удивлен густотой дыма, исходящего оттуда. Я даже думал, что это людоеды варят людей в больших котлах. Но совсем не пахнет мясом, ни сырым, ни вареным. И сейчас дым намного поредел, – поделился снова старший, Тумэн.
А младший, Солбон, добавил:
– Постоим еще. Великое Синее Небо все видит и всем движет на земле. Положимся на него.
Они еще постояли и без настроения пожевали борсо, запив его водой. Тумэн сел на коня, чтобы видеть дальше, и вскоре произнес:
– Я вижу величественную женщину в красивом наряде. Она одна важной поступью идет прямо к нам. Это значит, что за нами следят. Иначе почему бы она шла прямо к нам?
– А если это призрак? – спросил Солбон. – Обман зрения?
– Хотя я не юноша, но глаз у меня острый, – обиделся Тумэн. – И я отлично вижу, что это красивая женщина.
– Берегись, отец, от поспешных выводов, – предостерег Тумэна Солбон.
– В нашем положении, да и в любом положении, лучше встретить красивую женщину, чем кого-то иного.
Солбон невесело вздохнул:
– Знал бы, что увижу красивую женщину, рожу бы умыл.
– Так умой! И я следом за тобой успею.
Так они и сделали: по очереди вымыли в логушке грязноватые руки и запыленные лица, оправили тэрлиги и пояса с хутага-ножнами, а тут к ним и приблизилась Аюрзана.
– Удэшын баяраар! – произнесла она, так как начинался вечер. – Добрый вечер!
– Хайниие хусэхэ, – пожелал ей добра Тумэн.
– Что привело вас к нам, уважаемые? – спросила Аюр зана.
– Мы не знали, что идем к вам, добрая женщина, – пояснил Тумэн. – Я Тумэн, а это мой сын Солбон. Мы шли в поисках Очира Модонова, улигершина. Нам сказали, что он отправился в сторону Баргузинской долины. Мы шли от дыма к дыму много дней.
– Зачем же вам Очир Модонов? – спросила Аюрзана, успокаиваясь, отчего ее голос прозвучал глубоко и заманчиво, ведь она совсем не была беззубой старухой, как это прозвучало в ее извинениях перед Долгеон.
Тумэн и Солбон оба были очарованы ею.
– Мы сами Модоновы, мы его родня. Но убгэн аба нас не знает. Сейчас, увы, людьми больше движут случившиеся с ними несчастья, и нами тоже, но мы хотим развернуть колесо сансары в обратную сторону.
– Что же случилось с вами? – спросила с заботливой тревогой Аюрзана.
Она сама себе сейчас нравилась. Да и видеть приличных людей ей давно не приходилось. Было заметно невооруженным глазом, что отара и конь принадлежат этим людям, а не украдены ими у кого-то, как теперь стало чуть ли не правилом.
