Менталист глубоко вздохнул. Что бы он ни собирался сказать, это было нелегко.
– Два года назад, – начал он, – произошло столько ужасных событий… Но я никогда не чувствовал себя таким живым, как тогда. Все благодаря тебе, Мина. Я попытался забыть тебя и жить дальше… это получилось не слишком хорошо.
Мина быстро взглянула на него, прежде чем снова сосредоточиться на дороге.
– Уверен, что сейчас подходящее время для таких признаний? – спросила она.
– Что тут скажешь? – Винсент вздохнул. – Сейчас мы поймаем нашего убийцу, и, возможно, этим все кончится. Но я… ты нужна мне, понимаешь? Это так просто… Ты стала назначать свидания мужчинам – вот и все, что мне известно о твоей жизни. Скоро тебе станет не до меня. И вот я спрашиваю, пока мы еще вместе, будем ли мы видеться, когда все закончится? Найдется ли в твоей жизни место еще для одного друга?
Еще для одного… Как будто у Мины их было много. Ей захотелось громко закричать и ударить по рулю. О, Винсент… Он видел ее насквозь, и в то же время не видел ничего. Хотела ли она снова впустить его в крепость, которую воздвигла между собой и миром? Мина не нуждалась ни в ком. Зачем? Ни в ком, кроме… него. Это так.
Она свернула на объездную дорогу до Спонгбру – так резко, что Винсента отбросило на спинку сиденья – и осторожно заметила:
– Я-то думала, тебе больше нравится общаться с Новой.
– С Новой? С какой стати мне… Ну да… я восхищаюсь глубокими познаниями Новы, ее опытом… Я впечатлен тем, как упорно она за себя боролась, чтобы стать тем, чем стала. И она отменный лектор, но… Это всё. Коллега, не более того.
Мина молча кивнула.
– А я могу научить тебя играть в бильярд, – сказала она.
Винсент кивнул в свою очередь.
– Ты видела? – вдруг обрадованно закричал он. – Там действительно написано «Спонгбру». Не «Сорюнда», как я и говорил!
