– Видишь перемычку? – спросил он. – Это не подкова. Это ручка люка.
Мина удивленно посмотрела на него. Вдалеке снова закричала птица.
Мина еще раз попыталась вытащить подкову, но та не поддавалась.
– Погоди, там пружинная защелка, – сказал Винсент.
Он очистил небольшой участок земли от гравия и указал на меленькую пружину возле подковы. Отодвинул ее и просунул в защелку небольшой камень, чтобы удержать ее на месте.
– Так. Теперь попробуем еще раз.
Он встал сзади и схватился за подкову, сразу за руками Мины. И замер в испуге, ожидая ее реакции.
Подкова была настолько маленькой, что соприкосновение их рук стало неизбежным. Тепло, исходящее от ее спины, растекалось от его груди по всему телу. Винсент едва осмеливался дышать.
– Винсент? – окликнула она.
– Да?
– Тяни подкову на себя.
Они потянули вместе, и земля медленно открылась. Кто-то тщательно присыпал люк гравием, сделав его невидимым. Теперь же под ним обнаружилась глубокая нора с лестницей, уходящей в темноту. Пружинная защелка располагалась с краю люка и автоматически запирала его, как только он опускался.
– Ну что, спускаемся в кроличью нору? – мрачно спросила Мина.
Кроличья нора… Когда все закончится, Винсент обязательно спросит Мину, не подслушала ли она его разговор с Беньямином.
– Выдержишь? – Он показал вниз.
– Честно говоря, меня тошнит при одной мысли о том, что может быть там, – ответила она. – Но одного тебя я туда не пущу.
– Хорошо, – сказал он. – Думаю, мы нашли убежище Юна Веннхагена.
Он опустился коленями на гравий, чтобы попытаться заглянуть в яму, глубина которой, однако, не позволяла ничего разглядеть.
– Убежище?
– Да, это наиболее вероятное объяснение. Для сект характерно ожидание Конца Света. Ничто так не объединяет, как общая угроза. Заодно люди становятся более внушаемыми. Строительство убежища – прекрасный способ усилить ощущение надвигающейся катастрофы. Конечно, это не только в сектах. Эсхатология – элемент большинства мировых религий. Другое объяснение – Юн обыкновенный параноик и держит убежище для собственного использования.
– Эсхато… думаешь, мы найдем там сокровища? – Мина повернула к нему полное ужаса лицо.
– Эсхатология, – повторил Винсент, присев на корточки у края норы. – Это от греческого «эсхатолос», что значит «последний», и «логос», то есть «слово» или «учение». То есть учение о Конце Света и Конце Времен. В христианстве, помимо прочего, связывается с Вторым Пришествием Христа и последней битвой Добра со Злом.
Стоило заглянуть в нору, и сердце заколотилось сильнее. Не факт, что там кто-то был, но там определенно было
– Но в религии бахаи суть «эсхатона» в том, что люди создают новый мировой порядок под сенью божественной благодати, – быстро произнес Винсент, как будто пытаясь отвлечься тем самым от мрачных предчувствий, и поставил ногу на верхнюю ступеньку. – В части нагнетания страха христианство всегда шло впереди всех.
Менталист услышал, как напряженно звучал его голос. Наверное, так и должно быть в такие минуты. Он сосредоточился на дыхании и начал медленный спуск.
Вдох – выдох.
Вдох – выдох.
Винсент чувствовал, что близок к панике. Она грозила настичь в любой момент, обернуться приступом ужаса, насколько бездонным, что он навсегда накрыл бы его с головой.
Мина наблюдала, как светлые волосы менталиста постепенно меркнут в глубине черной норы.
– Ого, да здесь глубоко, – услышала она его голос.
Мина не ответила. Она знала, что там грязно. Один вид ржавых ступенек заставлил ее желудок спазматически сжаться.
– Хочешь спуститься?
Теперь его голос звучал более приглушенно. Похоже, Винсент продвинулся далеко вглубь.
– Здесь чисто, насколько такое возможно. Главное – не прислоняйся к стенам.
Мина тихо выругалась и шагнула в яму. Ступенька за ступенькой. Собственно, ими служили металлические штыри. Мина старалась не думать о том, сколько пар обуви побывали на этих штырях, прежде чем она взялась за них руками. И была благодарна темноте, скрывшей от глаз грязь. Бактерий тоже не видно, но это совсем не означает, что их нет.
Они достигли дна. Винсент оказался прав: там было чисто, насколько такое возможно. С учетом того, что они оказались в бетонном подземном бункере. Наверное, так выглядит спуск в ад. Если б сюда перенесли солнце, света все равно не хватало бы.
– Похоже, здесь они прятали детей, – сказала она.
– Да. Мне с самого начала не верилось, что детей держали на конюшне, наверху. Там тоже уединенное место, но уж больно ненадежно.
– Нам повезло, что мы успели перехватить Вильму. – Мина оглядела небольшое помещение. – Похоже, что-то заставило их вытащить ее из этого бункера как раз накануне нашего приезда.
Вещей было не так много. Куча матрасов, несколько одеял. Упаковки из-под разной еды, конфетные фантики. Ведро.
– Вот черт…
Винсент опустил глаза. Они стояли в центре светового круга, как раз под отверстием на поверхности земли. Он указал на матрасы:
