Эфир манил меня в свои объятия, нашептывал на ухо, призывая забыть прежние горести, отречься от бренного тела. Сквозь приоткрывшиеся веки различалась бледная ладонь, усыпанная осколками. Выше рука переливалась бриллиантами и расплавленными рубинами. Даже ресницы вспыхивали самоцветами. Я распростерлась, точно ожившая шкатулка с драгоценностями, упавшая звезда. Некогда живая плоть обратилась в хрусталь. Из дыры в потолке, куда вылетел полтергейст, немилосердно сквозило. Стоило мне шелохнуться, как с волос градом посыпалось битое стекло. Белый огонек погас. В эфире зияла огромная брешь – все, что осталось от «Экстрасенса». Со временем она затянется.
Перед смертью необходимо решить последнюю задачу. Я поднесла дрожащую ладонь к глазам. Вырезанные полтергейстом буквы соединялись с хитросплетением шрамов, образуя единственное слово – «семья».
Я вновь откинулась на мягкое травянистое ложе. Друг говорил: знания таят в себе опасность. После смерти я постигну все тайны эфира. Разыщу остальных и буду незримо оберегать их, помогу на новом этапе игры, в войне, начавшейся сегодня.
Шаги по траве. Кто-то приподнял меня за плечи, во мраке засветились изумрудные глаза – рефаит.
– Странница, очнись.
Сквозь пелену проступили знакомые черты.
– Оставь меня, Альсафи, – пробормотала я. – Уходи.
Он разжал мой левый кулак и уставился на отметины.
– Я того не стою. – Язык едва ворочался от усталости. – Со мной покончено. Не ввязывайся.
– Кое-кто не согласится с такой оценкой. – Альсафи подхватил меня на руки. С губ сорвался стон. Осколки, унизывавшие мое тело, жалобно зазвенели. – Твой час еще не пробил.
Сунув мне пистолет, Альсафи направился к выходу. Сражение продолжается. Обернувшись, я различила в углу скрюченную фигуру Вэнс. Ей тоже изрядно досталось. Всемогущий командор истекала кровью, как простые смертные. Надо попросить Альсафи вернуться, убедиться, что она мертва. Однако в последний момент сознание меня покинуло.
Очнулась я у подножия лестницы, щека прижата к камзолу Альсафи. Едва мы свернули в коридор, застеленный черным ковром, моя рука легла на плечо спутника.
– Лабиринт, – прошелестела я. Вопреки слабости, фантом уловил чужое присутствие. Рефаит. – Нашира.
Альсафи застыл как вкопанный. Спрятаться было негде.
– Сиди тихо, – торопливо заговорил он. – Если со мной случится беда, отправляйся в кабинет верховного инквизитора. Там есть потайной ход наружу. Мой агент тебя встретит.
– Альсафи…
– Передай Арктуру… – Он осекся. – Передай, я надеюсь, что это искупит мою вину.
Мне о стольком хотелось его спросить, но время поджимало. За спиной поблескивала рукоять меча: Нашира преградила нам путь.
При виде меня ее глаза превратились в раскаленные угли. Наследная правительница словно бы сошла прямиком из преисподней, прихватив с собой частичку адского пламени.
– Альсафи!
– Сюзерен, у меня дурные вести из башни. Верховный командор тяжело ранена. «Экстрасенс» уничтожен. – Он специально говорил по-английски, чтобы я могла понять.
– Разумеется, мне известно про «Экстрасенс». – Спокойный, размеренный тон Наширы вселял в меня панический страх. – Вэнс сейчас окажут медицинскую помощь. Отнеси Сороковую в подвал, немедленно.
Меня стала бить крупная дрожь. Альсафи не двинулся с места; я не столько услышала, сколько почувствовала, как он перевел дух. Когда Нашира в нетерпении обернулась, он посмотрел на нее в упор.
– В чем дело, Альсафи?
Тот напрягся всем телом. Нашира шагнула вперед.
– Должна признать, меня удивляет, как простая смертная, а в особенности узница, сумела натворить столько дел за такой короткий промежуток времени. Без посторонней помощи Сороковая не осилила бы и половины своих подвигов. Сбежать из Лондона при действующем военном положении. Кочевать из цитадели в цитадель. Добраться до ядра. – Еще один шаг. – Без сообщника тут явно не обошлось.
Не мешкая, Альсафи сгреб меня в охапку и побежал.
Алый ковер. Облицованные деревом стены. Боль, проникающая в каждую клеточку тела. Рука в перчатке отдернула гобелен, повернула ключ, толкнула панель; через мгновение я приземлилась в кромешном мраке туннеля, больно ударившись левым боком о стену, осколок еще глубже вошел в плоть. Из саднящего горла вырвался крик. Рыдая, я бросилась к двери.
– Альсафи, нет!
Следом в туннель полетел магнитный ключ.
– Беги! – рявкнул рефаит. Пошатываясь, я встала и припала к «шпионскому глазу». Альсафи выхватил из-под полы меч, но Нашира отразила удар. – Беги, странница!
– Рантан, – процедила Нашира.
Лязгнула сталь. Клинки вспыхнули всеми цветами радуги. Я привалилась к стене, не в силах оторваться от зрелища. Многочисленные фантомы спешили примкнуть к воинственному танцу рефаима. Обездвиженная агонией, я наблюдала, как Альсафи Суалокин борется с Наширой Саргас.
