Мужчина вместе с одеждой скрылся за дверью в маленькой комнатке и вышел оттуда через пять минут, облачённый в чёрный пиджак, рубашку и брюки. Костюм сидел на нём великолепно, так что нельзя было даже подумать, что больше десяти лет мужчина жил на земле Плеорима.
– Ух ты! – вскричал юноша, вдруг устыдившись своего вида. Рядом с Флюгенштайном он казался бледной тенью.
– Хорошо? – оглядывая себя в настенное зеркало, спросил мужчина.
Парень утвердительно кивнул.
– Тебя примут там за суверена, не меньше!
– Шутишь?
– Шутки в сторону, – возразил Дион.
– Праздник будет проходить здесь? Хорошо… Странно, что на улице не собралась толпа, – заметил Флюгенштайн.
– Позже подтянется. Торжество гуляет по всему городу – его сердце на одной из центральных улиц в километре от нас. Скоро придёт и сюда, – отозвался юноша и был прав.
***
Отчёт об испытании, годе, проведённом на земле Плеорима, должен был быть предоставлен верховному совету в зале заседаний министерства внутренних дел при дворе правительства. Событие столь значимое освещалось ведущими журналистами, внимание общественности было наисильнейшим.
Заседание началось около часа дня. Все фаратри, включая Варфоломея, теперь находились в громадном округлом зале, у стен которого располагались ряды трибун и зрительских мест, возвышающихся от центра к краям помещения. Они были заняты людьми самой разнообразной наружности. Здесь находились и пожилые, и молодые фаратри; политики и бизнесмены; советчики, депутаты и т.п. Цвета их крыльев варьировались от бурых и чёрных до серых и белых, хаотично рассыпанных в пределах зала. В самом низу находились места для журналистов и их оборудования – трансляция из дворца Ависа передавалась на всю столицу, иногда доходя и до соседних городов – наземных и воздушных.
– Итак, – произнёс Фреом, оказавшись за трибуной, точь-в-точь такой же, за какой он находился год назад. – Я рад приветствовать во дворце, видеть вас в этом зале. Все вы прошли длительный путь, и раз остались живы, значит, достойны находиться в столице. Честно признаться, я безумно счастлив, – старик улыбнулся и выразительно посмотрел на молодых людей и девушек, разряженных в пух и прах. Он заметил Флюгенштайна и кивнул – ему уже доложили о новом друге Диона.
– Также, – снова заговорил правитель. – Я не могу обойти вниманием человека, стоящего рядом с нашими героями – Варфоломея Флюгенштайна – некогда столичного учёного, а ныне земного жителя.
По залу прошёл ропот удивления, но дальше этого дело не пошло. Авис слегка ухмыльнулся – он делал одолжение изгнанному фаратри, хотя и не из-за осознания несправедливости его положения, а чтобы не раздувать скандал.
«С кем же ты снюхался, Дион…» – раздумывал пожилой мужчина, и на душе у него было гадко, в то время как внешне он был весел и бодр. Флюгенштайн понял это и теперь стоял взволнованный, побледнев, словно покойник.
– Чтож, я полагаю, всё прошло отлично. Правда, чтобы убедиться в этом, мы должны задать пару вопросов. Не волнуйтесь, друзья, они несложные, – произнёс правитель и отошёл от трибуны. Сев на место – чёрное кресло, располагавшееся на небольшом возвышении, рядом с которым находились кресла министров, Фреом расслабленно улыбнулся, однако внутренне был собран. Ему уже не посчастливилось заметить недобрый взгляд Асити, обращённый на племянников, и теперь оставалось лишь ждать, так как мероприятие отменить было нельзя.
«Чёрт возьми! – внутренне вскричал старик. – Надо было поговорить с Дионом до этого… Кто же знал! Если бы не занятость и подготовка к этому празднику… О горе…»
– Я думаю, нам стоит начать с начала, – предложил министр внутренних дел – сухонький старичок, восседающий по правую руку от Ависа. – Расскажите нам о первом дне. Кто угодно.
Все камеры тотчас устремились к шеренге молодых фаратри. Юноши и девушки едва заметно вздрогнули.
– Что же вы молчите? – поинтересовался министр, подмигнув. – Кто смелый?
Нокт сделал шаг вперёд. Асити нахмурилась.
– Начну я, – сказал парень, едва заметно поклонившись. Министр взглянул на правителя и одобрительно кивнул, как бы говоря: «Это настоящий наследник!», но Фреом не ответил. Он был рад, что первое слово взял его племянник, однако, предпочёл бы, чтобы это сделал Дион.
– Первый день прошёл по плану. Мы приземлились, осмотрелись и, найдя место для лагеря, построили жилища…
– Шалаши? – уточнил министр. Юноша кивнул.
– Кто первым взял на себя ответственность? – снова спросил старик. Нокт наклонил голову, будто готовясь принять кару. Все поняли это движение правильно и одобрительно зашептались. Юноша продолжал говорить. Он старательно изобретал каждое предложение, стараясь ни словом, ни интонацией не выдать брата. Асити прикусила губу. Она напряглась, словно змея перед броском, и с минуты на минуту готовилась перебить Нокта. Но к её несчастью министры и пресса слушали юношу очень внимательно – парень говорил красноречиво, хотя и взволнованно.
– Значит, первые сутки, прошли по плану, – промолвил министр. – Это хорошо. Так продолжалось и дальше? На какой день вы разошлись?
