Халява была главным образом выбрана, но это не мешало Трентону найти смешные очки, которые были сделаны в числа нового года. Блеск был на всем протяжении пола, и группа играла “Голодный Как Волк.”
Я сердито посмотрел на Трентона, который притворился, что не заметил.
Шепли и я следовали за моим старшим братом к бару, где Ками открывала бутылки и смешивала напитки на максимальной скорости, делая паузу только на мгновение, чтобы вводить числа в регистр или написать дополнение к чьему-либо счету.
Ее банки переполнялись, и она должна была пихнуть вниз доллары в стакан каждый раз, когда кто-то добавил счет.
Когда она увидела, Трентона, ее глаза загорелись. “Ты сделал это!” Ками схватила три бутылки пива, выскочила сверху, и усадили их на баре перед ней.
“Я сказал, что буду”. Он улыбнулся и, перегнувшись через прилавок, чмокнул ее в губы.
Это было концом их беседы, когда она быстро повернулась, чтобы придвинуть другую пивную бутылку вниз бара и напрягла слух, чтобы расслышать другой заказ.
“Она хороша”, сказал Шепли, наблюдая за ней.
Трентон улыбнулся. “Она чертовски увереннная.”
“Ты… ? “Начал я.
“Нет”, Трент сказал, качая головой. “Еще нет. Я работаю над этим. У нее есть какой-то мудак в колледже в Кали. Он просто достает ее в последнее время , когда и она собирается выяснить то, что он за птица.”
“Удачи тебе в этом”, сказал Шепли, делая глоток пива.
Трентон и я запугали небольшую группу достаточно для них, чтобы выгнать их из-за стола, таким образом, мы беспечно присвоили его, чтобы начать нашу ночь попойки и наблюдения.
Ками заботилась о Трентоне издалека, посылая официантку регулярно с полными стопками текилы и пивных бутылок. Я был рад, что это была моя четвертая порция Cuervo, когда вторая баллада ночи 1980-ых началась.
“Эта группа полный отстой, Трент,” я заорал перекрикивая шум.
“Ты просто не ценишь наследие волосатых банд! - завопил он. - Эй. Взгляните-ка туда, - сказал он, указывая на танцпол.
Рыжая прогуливалась через переполненное пространство, блестящая улыбка украшала ее бледное лицо.
Трентон встал, чтобы обнять ее, и ее улыбка стала еще шире. “Эй, T! Как поживаешь? “
“Хорошо! Хорошо! Работаешь. Ты? “
“Прекрасно! Я живу в Далласе, теперь. Работаю в пиарфирме . ” Ее глаза вернулись за наш стол к Шепли и затем ко мне. “О, мой Бог! Этот твой младший братик? Я раньше нянчил тебя!”
Мои брови потянулись друг к другу. У нее был двойной размер D и изгибы как у модели 1940-ых. Я был уверен, если бы я провел какое-либо время с нею в свои юные годы , я вспомнил бы ее.
Трент улыбнулся. “Трэвис, ты помнишь Кариссу, не так ли? Она получила высшее образование с Тайлером и Тэйлором.”
Карисса протянула руку, и я пожал ее. Я поместил конец фильтра сигареты между моими передними зубами и щелкнул зажигалкой. “Я не думаю, что помню,” сказал я, ложа почти пустую пачку в мой передний карман рубашки.
“Ты был не очень старый.” Она улыбнулась.
Трентон кивнул Кариссе. “Она просто перенесла плохой развод с Сетом Джейкобсом. Ты помнишь Сета?”
Я покачал головой, уже усталый от игры, в которую играл Трентон.
Карисса взяла полную стопку, которая была передо мной и осушила ее, и затем она отступила, пока не оказалась рядом со мной.
“Я слышала, что ты тоже прошел через трудные времена в последнее. Может быть, мы могли бы составить друг другу компанию сегодня вечером?”
Глядя в ее глаза, я мог видеть, она была пьяна … и одинока. “Не ищу няню, - сказал я, беря бремя.
“Ну, может быть просто другом? Это была долгая ночь. Я приехал сюда только потому что все мои подруги замужем, я знаю? “Она нервно хихикнула .
“Нет.”
Карисса посмотрела вниз, и я почувствовал маленькую часть вины. Я был половым членом, и она не сделала ничего, чтобы заслужить это от меня.
“Эй, я сожалею”, сказал я. “Я действительно не хочу быть здесь.”
Карисса пожал плечами. “Я тоже. Но я не хочу быть одна “.
Группа прекратила играть, и солист начал считать в обратном порядке от десять. Карисса озиралась, и затем повернулась ко мне, ее глаза затушевались.
Она посмотрела на мои губы, а затем в унисон толпе закричала: “С НОВЫМ ГОДОМ!”
Группа играла грубую версию “Доброго старого времени,” и затем губы Кариссы впились в мои.
Мой рот двигался против ее на мгновение, но ее губы были такими чужими, настолько отличающийся от тех, к которым я привык, это только сделало память Эбби более яркой, и осознание, что она ушла более болезненным.
Я отстранился и вытер рот о свой рукав.
“Мне очень жаль”,сказала Карисса , глядя на меня из-за стола.
Я проталкнулся через толпу в мужской Туалет и заперся в единственной кабинке. Я достал свой телефон и подержал его в руках, мое зрение расплывалось и гнилой противный вкус текилы на моем языке.
Я подумал, вероятно Эбби слишком пьяная. Она не волнует, если я позвоню. Это Новый год. Она, возможно, даже будет ждать моего звонка.
Я прокручивал имена в моей адресной книге, останавливаясь на Голубке. Я перевернул запястье, видя то же самое, обведенное чернилами в кожу.
