– Они думают, это самоубийство? – я даже есть перестала от изумления, такая мысль никак не могла прийти мне в голову. Максимум, случайность…
– Поверь, в свете подобных описаний менты подумают о таком варианте развития событий. Твои слова мало что дадут, кроме подтверждения того, что дама была не в себе. А уж Ольга повернет все так, как нужно ей, и дело закроют. Точнее, так было бы, если бы Карташов вдруг не вернулся ночью домой.
– Он сказал, что хотел переночевать в городской квартире, но потом передумал, – я продолжила есть, размышляя над словами Ветра. Выходит складно. Но нужен мотив, без него мы ничего не докажем.
– Вы ведь были вместе в галерее? – спросил Ветер осторожно. Я хмыкнула.
– Ты же знаешь, что да. Сам говорил, что присматриваешь за мной.
– Не все время. Но да, знаю, что он отвез тебя домой и уехал. Прости.
– За что? Что лезешь в мою личную жизнь? Да бога ради, там все равно пусто, как в чистом поле. Только Ветер и свищет.
Он шутку оценил и посмеялся.
– Уверен, ты встретишь человека, который оценит тебя по достоинству, – сказал серьезно. – Поймет, какая ты на самом деле.
– Ага. Опытным путем мы выяснили, что это не Вадим и не Карташов. Других пока не наблюдается.
Ветер промолчал, я подумала, что надоела ему страданиями о личной жизни, и поспешно спросила:
– Про Ольгу никаких интересных данных не накопал?
– Кое-что есть. Кстати, она твоя коллега в какой-то степени.
– В каком плане? – нахмурилась я.
– Увлекалась живописью, окончила художественную школу, говорят, ей пророчили большое будущее, но мечтам было не суждено сбыться.
– Почему?
– В лето после окончания школы у нее случился нервный срыв, загремела на пару месяцев в больничку, а сразу после выписки начала встречаться с Карташовым, как только ей исполнилось восемнадцать, они поженились.
– Интересно, – пробормотала я.
– Более чем. Люди утверждают, что до больнички Кирилла в жизни Ольги в принципе не существовало. По крайней мере, о нем никто не знал, девушка не сбегала по ночам на свидания, не прятала ухажера, я к этому веду.
– То есть жила себе спокойно, рисовала картинки, готовилась поступать в художку, потом резко загремела в психушку, а следом вышла замуж за Карташова.
– Примерно так. Уверен, свадьба состоялась спустя время потому, что ждали совершеннолетия Ольги. Живопись после вступления в брак Ольга забросила, в институт поступила только спустя год, училась на заочном по специальности “Искусствоведение”. Еще закончила “Школу имиджа” по специальности стилист-визажист, но по всей видимости, только для себя, потому что никогда не работала.
Я задумчиво покусала губу. Кирилл говорил, что бросил свою возлюбленную ради Ольги. И что их брак основан на выгодных условиях, другими словами, женившись на Ольге, он получил доступ к деньгам, которые так были нужны ему. Я-то думала, Ольга была в него влюблена и потому пошла замуж, хотя и понимала, что о взаимности нет речи. Но выходит, что она и о Кирилле как будто не знала…
– Странно все это, – пробормотала вслух, Ветер со мной согласился. – Но что могло такого произойти?
– Будем разбираться. Хотя большой вопрос, имеет ли это отношение к тому, что произошло сейчас. По виду у Кирилла и Ольги нет разногласий. Так что она могла действовать, исходя из собственных соображений. Кстати, ты говорила, ей кто-то звонил, но по ее номеру в это время никаких звонков не было.
– У нее есть еще один номер?
– Вероятно, и оформлен точно не на нее, это я тоже успел проверить.
– Как хорошо быть тобой.
Ветер сдавленно усмехнулся.
– Может, мне поговорить с Кириллом об Ольге? – задала вопрос.
– Не надо. Мы не знаем, насколько он замешан в этой истории…
– Я думаю, что не замешан, – перебила я. – Он ведь спас Савицкую, а мог этого не делать, и уж точно не стал бы появляться дома, знай, что там происходит.
– Ты его защищаешь? – мне показалось, что Ветер улыбнулся, я покраснела.
– Ты же не говорил, что в нем надо видеть только плохое, – буркнула в ответ.
– Не надо, конечно. Но… – он замолк на несколько секунд. – Ты верно заметила, что вам не по пути. Не забывай об этом.
– Поверь, я помню, – сердито ответила я, тут меня посетила новая мысль, и я тут же поделилась ей с Ветром. – Послушай, если Ольга стилист-визажист, значит, отлично владеет косметикой.
– И? – не понял Саша.
– Я нашла у нее в комнате чек на покупку нескольких кремов для снятия макияжа, а в косметичке был только один, наполовину использованный. Что, если она гримировалась под привидение?
– Скорее, для того, чтобы быть более похожей на мать. Да, это не лишено смысла. Хороший макияж плюс сходство с матерью, и Ольга могла легко задурить голову доверчивой сестре. И снова, будь осторожна, Ирэн, ты рискуешь.
– Все будет хорошо, – ответила я оптимистично, даже не догадываясь в тот момент, насколько я не права.
