«Одинокий бродяга…» — машинально поправил его старший помощник.
«Один хрен! — отмахнулся голос и продолжил: — Идем дальше. Ты не Мастер Войны, а всего лишь красная Пчела и совсем даже не Чингачгук, а в лучшем случае — Соколиный Глаз, а если называть вещи своими именами — презренный гурон! Отсюда и растут ноги твоего фиаско — переоценка собственной важности!»
«Таки да…» — вздохнул соглашаясь Денис, ибо спорят с очевидным только женщины и дураки.
«Теперь возьмем Киру…» — и не думал останавливать свои разглагольствования голос.
«Это я с удовольствием!» — сально ухмыльнулся старший помощник.
«Не юродствуй!» — строго оборвал его голос.
«А я и не юродствую! — обиделся Денис. — И Киру с удовольствием, и Лиру, и Тиру, да ту же Тарению — будь она неладна!»
Решив не отвлекаться на блажь носителя, голос продолжил свой спич:
«Кира молодая… внешне, — уточнил он, — красивая… очень, а также физически очень здоровая, следовательно что?» — задал он риторический вопрос, но старший помощник на него все же ответил:
«Красивая жена — чужая жена, — непроизвольно вздохнул Денис. — Народная мудрость…»
«А кроме красоты, по причине отменного телесного здоровья ей мужик нужен постоянно для этого самого здоровья. — Убедительно, словно матерый сексопатолог высказался голос. — Так чему ты удивился вчера?»
«Хрен знает, — снова вздохнул старший помощник. — Переоценил себя. Думал страдает бедненькая, сидючи одна в девичьей горнице слезы горькие льет… — поморщился он. — А оно вона как…»
«А она тебе ничего и не обещала, — хмыкнул голос. — Впрочем, как и ты ей. Расстались и расстались. Хранить верность до гробовой доски никто не подписывался. Таких, как Кончита, которая ждала Резанова тридцать пять лет, а узнав о его смерти, постриглась в монахини, раз-два да и обчелся. Причем, по всему земному шару. — Голос немного помолчал и задумчиво добавил: — А может и по всем мирам больше десятка не наберется… ну, может быть — сотни. Так что — не обессудь! И без претензий!»
«Какие претензии?! — мысленно пожал плечами Денис. — Наоборот очень полезный щелчок по носу. Переоценка себя гораздо опаснее недооценки. Хотя и недооценка тоже плохо…»
«И это правильно! — обрадовался голос. — Вот соображаешь же, когда захочешь!» — резюмировал он.
К завтраку старший помощник успел вовремя. То ли хозяева его дожидались и не начинали без него, то ли он так подгадал случайно, но первую перемену блюд: жареную утку, яичницу со шкварками, жареную рыбу и свежеиспеченный хлеб — это, не считая разнообразных овощных салатов, соков, морсов и приправ, подали только после того, как Денис уселся за стол.
Количество столовых приборов снова неприятно поразило старшего помощника и он решил, что ну его нафиг! — руками есть не будет, чтобы не шокировать окружающих, но пользоваться будет тем, чем удобно. В результате обошелся лишь ножом и четырехзубой вилкой. Осторожное, исподволь, наблюдение за реакцией Ёйдарта и Тарении показало, что или они сами не очень разбирались в тонкостях этикета, или то, что им плевать. После десерта, Хозяин Воздуха, испытующе глядя на Дениса, поинтересовался:
— Ты готов?
Старший помощник мысленно усмехнулся и представил, как отдает пионерский салют, звонко выкрикивая: — Всегда готов! но вместо этого молча извлек из серебряного Бездонного Колодца увесистый кошель с золотом и продемонстрировал его магу. Ёйдарт удовлетворенно кивнул и распорядился:
— Поехали!
Когда Денис с помощью Астрального Лазутчика скажем так — «обследовал» поместье Хозяина Воздуха, то не обошел своим вниманием и «гараж». В результате разведмероприятий было установлено, что в конюшне Ёйдарта содержится двенадцать скакунов, а в каретнике стоит четыре транспортных средства: «лимузин», обычная большая карета, бричка и двуколка. Как говорится — на все случаи жизни. «Лимузин» — для официальных выездов с помпой, обычная карета — для длительных, скорее всего — междугородних деловых поездок, бричка — для деловых поездок по городу и ближайшим окрестностям, а двуколка — покататься в свое удовольствие. Кира, не к ночи будь упомянута, кстати говоря, очень любила «порулить» двуколкой, почему бы не иметь такое же хобби и Ёйдарту?
Количество лошадей в конюшне, по мнению старшего помощника, было взято не с потолка и не с бухты-барахты. Версий у него было две. Первая — три смены по четыре лошадиные силы для приведения в движение «лимузина» и большой кареты. Вторая — четыре лошади на карету и восемь на эскорт почетного караула.
