Во-вторых – далеко не каждый ребенок, подходящего возраста, мог использоваться в процедуре. Для начала, он должен быть телесно здоров. Ну, для практикующего некроманта это, конечно же, не проблема – перекинул все хвори объекта, который планируется использовать в плетении, на акцептора не представляющего рабочей ценности – и вся недолга, но для полноты картины упомянуть этот критерий необходимо.
Однако, самое главное условие для выбора подходящего донора состояло в другом – надтелесные оболочки биоматериала должны быть
Да и с охотниками все обстояло не так сладко, как могло бы показаться – первого попавшегося к этому делу не приставишь. Во-первых, и это обязательное условие – охотник должен быть магом. Магом, и точка – никаких исключений – из бездарного охотник не получится. Во-вторых, и это тоже обязательное условие – он должен быть некромантом.
На этом поприще случались многочисленные накладки и коллизии. Открыто, не оглядываясь на, так сказать – общественное мнение, которого, конечно же в Высоком Престоле не было, а проще говоря на молву, которая всегда направлена против власть предержащих и богатых, можно было использовать только рабов, да и то, когда охотник волок ревущего ребенка, который цеплялся за воющую мать, хоть и рабыню, это вызывало косые взгляды. Что уж говорить про другие сословия?
С крестьянами было по-разному. Существовало два сценария – хороший и плохой. При хорошем – всучил пейзанам золотой или два, так они еще и поклонятся, что от лишнего рта избавил, да еще и денег дал, – а то с голоду и сами пухнут и куча детишек со вздувшимися животами землю ест. И немудрено – наделы-то крошечные, а оброк, а барщина, да и плодятся, как кролики, а где еды на всех взять? Матери, правда, в рев, но хозяин даст оплеуху, на этом все и заканчивается. А с другой стороны, чего реветь-то – захотят еще нарожают. Дурное дело не хитрое. А вот при плохом сценарии селяне за вилы брались, приходилось силу применять.
С городскими было еще сложнее. Тут смотря какая семья, если гильдейская, да еще из руководства, то большой скандал мог получится, и это было крайне нежелательно – араэлиты и так воду мутят, а тут им новый повод: колдуны бедных детишек живьем едят, да еще и причмокивают. Рейхстратег подобных инцидентов очень не любил и виновник мог надолго попасть в опалу. Несмертельно, конечно же, но несомненно – неприятно.
Конечно, кто бы сомневался, что всех недовольных мигом можно было бы к ногтю прижать – мечи, дубины, колья из забора и прочие копья и кинжалы слабая защита от файерболов, ледяных копий, быстрых проклятий, боевых мертвецов и прочей хрени из арсенала магов, да только не стоит забывать, что уничтожая чернь ты подрываешь свою же кормовую базу. В переносном смысле, разумеется, а то еще кто-то подумает, что изысканные маги едят вонючих крестьян, или же не менее вонючих горожан и аристократов. Ни в коем случае! Со всей ответственностью надо заявить, что не едят! Ни под каким видом: ни сырыми, ни вареными, ни копчеными, ни жаренными, ни даже с солью, горчицей, или хреном, или еще каким соусом.
Но самыми проблемными, что и неудивительно, были, конечно же, благородные. У этих приходилось подходящих детей только лишь красть – добром никто не отдавал, и зачастую, если на стороне аристократов имелась магическая поддержка, то не обходилось и без кровопролития, если не удавалось все сделать по-тихому. Случалось, что в этих стычках страдали и охотники. Короче – всякое бывало.
С детьми из семей магов в принципе не связывались – это могло вызвать самую настоящую магическую войну и на такую практику было наложено строжайшее табу. Оно было нарушено один единственный раз и нарушитель ответил по всей строгости законов военного времени – был уничтожен не только охотник, допустивший святотатство – для всех некромантов это было равносильно людоедству у обычных людей, но и сам Высший, который его инициировал, причем вместе со всем выводком своих вассалов.
Так что, резюмируя, можно сказать, что профессия сборщика биоматериала – а некоторые маги занимались этим ремеслом на постоянной основе, была хоть и прибыльной, но зачастую небезопасной. Да и вообще – народ и так-то магов не любил, а уж сборщиков вообще ненавидел, так что приходилось таиться.
В повседневной жизни маг, как человек обеспеченный, уважаемый и опасный, бывал разряжен, как павлин – и самому приятно и чтобы бездарные издалека видели и под руку не совались. Это, как у пчел и ос – яркий окрас предупреждает, что не стоит связываться. Кстати говоря, яркие наряды знати несли те же функции. А сборщики биоматериала на работу одевались скромно, можно сказать – неприметно, на горло собственной песне наступали, сразу и не понять было кто перед тобой, ясно лишь, что не крестьянин, а точнее – грат разберет.
