Пока компаньоны занимались стратегическим планированием, ялик преодолел расстояние оставшееся до входа и, направляемый твердой рукой верховного главнокомандующего, вошел во фьорд. После этого Шэф с Денисом спустили парус и приступили к натурным экспериментам. Первым в разработку взяли денисовский рюкзак. Старший помощник немного его подкачал, на глаз определил, что вроде бы достаточно, привязал к нему страховочный конец, который вручил верховному главнокомандующему, а сам прыгнул в воду. Ялик, так как он шел со спущенным парусом, влекло вперед только течение, Дениса тоже, поэтому проблем, которые бывает с людьми выпавшими за борт яхты, идущей под парусами, перед ним не стояло.
А то ляжет такой бедолага позагорать, разнежится на солнышке, да и закемарит, а яхта хоп! – и войдет в поворот, а стало быть – накренится на борт, а бедолага, естественно, проследует за. Пока этот деятель отплюется от галлона соленой воды (если вообще вынырнет), да протрет глаза, да осмотрится вокруг, то увидит лишь крошечную корму, уходящую за горизонт. Хорошо, если на яхте вовремя спохватятся, а если нет…
Денис активировал поисковый режим, после чего командор скинул рюкзак, который сразу же камнем пошел ко дну – видать недокачали. Старший помощник ринулся было за ним на глубину, но Шэф, не дожидаясь помощи, вытащил рюкзак обратно и еще немного подкачал, после чего снова скинул за борт. Результат эксперимента снова получился отрицательным, но с обратным знаком – теперь рюкзак остался на плаву.
Этот процесс напомнил Денису фильм, который он видел в детстве – «Неуловимые мстители». Там аптекарь, которого играет Сергей Филиппов, готовит бомбу в виде бильярдного шара. Сначала он закладывает мало взрывчатки и в результате эксперимента получается пшик, потом – много, и громит всю аптеку. Свою алхимическую деятельность аптекарь комментирует терминами «много» и «мало». Так и с подкачкой рюкзака: много – мало.
Но, в результате пяти-шести итераций успех был достигнут – рюкзак Дениса приобрел практически нулевую плавучесть. Старший помощник увлек его на глубину, проплыл метров двадцать и всплыл, вместе с рюкзаком, естественно. Тем самым была блестяще подтверждена экспериментально, разработанная им теория о принципиальной возможности форсирования защитных и сторожевых плетений, расположенных на границе двух сред, путем изменения среды передвижения!
По крайней мере, именно в таком духе он доложил любимому руководителю об успехе эксперимента. Шэф на это ничего не сказал, а только крякнул и помотал головой – что-то командора все-таки смущало, но попытка принизить результаты опытов могла бы вызвать у старшего помощника лишь обоснованные подозрения в элементарной зависти к триумфатору, поэтому главком промолчал.
После этого компаньоны поменялись местами – Денис страховал, а Шэф купался. Результат во второй раз был достигнут гораздо быстрее. Понадобились лишь две предварительные попытки, одна – «много», друга – «мало», в третий раз рюкзак командора обрел требуемую плавучесть. Завершив лабораторные исследования, компаньоны снова подняли парус и ялик бодро двинулся вперед, подгоняемый попутным ветром.
К сожалению, идиллия продолжилась недолго, спустя очень короткое время парус безжизненно обвис. Причина явления была очевидна – высокий скальный берег фьорда отсек ветер и теперь в качестве бесплатной движущей силы у ялика компаньонов осталось только течение. Но, как справедливо замечено: на шару и уксус сладок. Течение – так течение, все не веслами махать. Однако, беда не приходит одна и первым, что вполне естественно, насторожился командор – чуйка на всякие опасности и неприятности у него была гораздо выше, чем у старшего помощника – сказывался богатый жизненный опыт.
– Какая у нас скорость? – обратился Шэф к «тельнику».
– Относительно берега? – уточнил супер-гаджет.
– Нет, блин, – несколько раздраженно отреагировал главком: – Относительно центра Галактики.
– Ноль, – меланхолично доложил «тельник» и на всякий случай добавил: – Относительно берега.
– Наверно, у берега течения нет, – предположил старший помощник, за что удостоился кислого взгляда от любимого руководителя, в котором отчетливо читалось: «Спасибо, кэп!». Что подумал «тельник» осталось неизвестно, но Денис явно ощутил, что ничего хорошего.
– Подвинься, – буркнул командор, пересаживаясь на банку к старшему помощнику, после чего взялся за весло. Денису не оставалось ничего другого, как взяться за другое. Минут через десять интенсивной гребли поперек фьорда главком коротко бросил: – Скорость? – На сей раз гаджет, обладавший сверхъестественной интуицией, выпендриваться поостерегся и четко доложил:
– Шестьдесят семь сотых метра в секунду.
