Холли полностью

Но теперь, добавив Кастро на карту Джерома, Барбара видит кое-что интересное и слегка тревожащее. Точки словно окружают парк. Правда Бонни, в отличие от остальных, пропала летом, а не осенью, но разве Барбара не видела где-то — может, в сериале «Охотник за разумом» на «Нетфликс», — что маньяки имеют тенденцию сокращать интервал между убийствами? Как наркоманы между приёмами очередной дозы наркотика?

Эллен К. и Питер С. не вписываются в схему; их исчезновения произошли с небольшим интервалом. Но что если убийца не получил от одного из них того, чего хотел? Потому что у него или у неё не до конца сработал инстинкт убийцы?

«Ты накручиваешь себя, — думает Барбара. — Видишь чудовищ — как Чет Ондовски — там, где ничего нет, кроме теней».

И всё же, вероятно, следует рассказать о Хорхе Кастро. Барбара берёт телефон, хочет набрать Холли, но он звонит у неё в руках. Это Мари Дюшан. Оливия в больнице Кинер Мемориал с мерцательной аритмией. На этот раз всё серьёзно. Барбара забывает о Холли и спешит вниз, уведомив мать, что ей нужно взять машину. Когда Таня спрашивает зачем, Барбара отвечает, что её подруга в больнице, и она всё объяснит позже. У неё есть и хорошие новости, но их тоже придётся отложить на потом.

— Это стипендия? Ты получила стипендию?

— Нет, кое-что другое.

— Хорошо, милая, — говорит Таня. — Езжай осторожно. — Это её неизменное напутствие.

Холли спрашивает Родди Харриса, есть ли у него мысли по поводу местонахождения Кэри Дресслера? Рассказывал ли он о планах уехать из города? Не появлялось ли у него больших сумм наличных денег? (свежая часть легенды).

— Мне известно, что у него была тяга к наркотикам, — признаётся она. — Так часто бывает у воров.

— Он казался довольно приятным парнем, — говорит Харрис. Он смотрит в пространство, слегка нахмурившись — так выглядит человек, пытающийся что-то вспомнить. — Я не очень хорошо его знал, но о наркотиках был в курсе. Всего лишь c

Гибни, похоже, ничего не замечает, а Родди будто бы услышал жену.

Простите за лекцию, мисс Гибсон. Выключаю свою любимую шарманку.

Холли вежливо смеётся. Она дотрагивается до перчаток в кармане и снова жалеет, что не может их надеть. Не хотелось бы выглядеть в глазах профессора Харриса Говардом Хьюзом, но её не покидает мысль, что всё, к чему она прикасается, может быть заражено ковидом или новым Дельта-штаммом. Тем временем Харрис продолжает.

Некоторые члены моей команды обычно выходили на задний двор с Дресслером, чтобы, как они говорили, «забить косяк». И некоторые женщины тоже.

«Горячие Ведьмочки»?

Харрис хмурится сильнее.

Да, они самые. И другие. Наверное, он им нравился. Но, как я уже говорил, я не особо знал его. Он был вполне дружелюбен и иногда подменял «раненого бойца», так сказать, но мы были просто знакомыми. Я понятия не имел о его финансовом положении и, боюсь, понятия не имею, куда он делся.

«Остановись на этом, любимый, думает Эмили. — Проводи её до двери».

Родди берёт Холли под руку, желая проводить.

— А теперь, боюсь, я должен вернуться к работе.

— Я всё понимаю, — говорит Холли. — Но попытка не пытка. — Холли протягивает визитку из сумочки, стараясь не касаться его пальцев. — Если вспомните что-нибудь, способное помочь, пожалуйста, позвоните мне.

Когда они доходят до двери, Эмили переключается на камеру в коридоре. Родди спрашивает:

— Могу я поинтересоваться, что вы планируете предпринять дальше?

«Не надо, — думает Эмили. — Ох, не надо, Родди. Ты ступаешь на зыбкую почву».

Но женщина — она кажется Эмили безобидной и не стоящей слишком больших волнений — отвечает Родди, что не вправе говорить об этом, и протягивает локоть. Со снисходительной улыбкой, мол, дуракам прощается многое, Родди протягивает локоть в ответ.

— Спасибо за ваше время, мистер Харрис.

— Не за что, мисс… как, ещё раз, вас зовут?

— Гибни.

— Доброго дня, мисс Гибни, и желаю вам успеха.