Решительно отправляю в рот лекарство и возвращаюсь к валяющемуся на земле Грегу. Одна внушительная затрещина, и вот мой дворецкий уже сидит, хлопая глазами, и недоуменно озирается по сторонам.
– Подъем, мой друг. Нас ждут великие дела. – Поторапливаю Грега, кивая в сторону «загорающих» стражников. – Вставай, Грегуар. Времени мало. Еще немного, и их начнут искать. Ты же не желаешь познакомиться с удавкой, которую нам обещал Телепнев.
– Он… серьезно? – поднимаясь с земли, выдавил из себя дворецкий и, словно опомнившись, добавил: – Мессир.
– Вполне. – Я облегченно вздыхаю, чувствуя, как отступает уже доставшая меня головная боль. Это такой кайф… Улыбаюсь и ловлю на себе очень странный взгляд дворецкого. Понимаю, что выгляжу в его глазах почти сумасшедшим, и коротко поясняю: – Голова прошла.
Грег осторожно кивает и, оглядевшись, без всяких напоминаний начинает стаскивать наших горе-охранников в одну кучу.
Короткий обыск стражников, в котором я почти не принимаю участия из-за накатившей слабости, дает нам изрядное количество оружия. В основном «сварскольды» и «барринсы», но нашлась и пара менее известных моделей. Например, миниатюрный, но обладающий весьма внушительным калибром «Блеман-Кассо», оружие последнего шанса, точно такой же, какой я когда-то подарил Ладе…
– Ваше сиятельство? – Только услышав оклик Грега, я понял, что уже несколько минут стою на коленях над разложенной на брезенте кучей оружия, сжимая влажной ладонью кургузый, блестящий хромом и накладками из слоновой кости пятизарядный барабанник. А тот, что я подарил жене, был с перламутровыми «щечками». Вздрагиваю и мысленно отвешиваю себе подзатыльник. К черту, у меня еще будет время…
– Да, Грег. Выворачивай их карманы и сваливай содержимое на сиденье последнего авто. По дороге разберешься, что там к чему, – вынырнув из своих размышлений, сказал я, с трудом поднимаясь на дрожащие, словно ватные, ноги.
Дворецкий кивнул и принялся довольно споро обыскивать бесчувственные тела. На заднем диване «Классика» начала расти кучка всякой мелочи, от бумажников до брелоков и ключей. А я сковывал уже прошедших потрошение карманов стражников и забрасывал их в грузовик. Спустя десять минут дело было сделано, и все конвоиры вповалку уложены в автозаке и надежно заперты.
Тихо загудели набирающие обороты двигатели, и грузовик, объехав стоящий впереди «Классик», свернул с грунтовки в заросли. Отъехав достаточное расстояние, чтобы проезжающие по дороге люди не заметили машины, я заглушил двигатель и, открыв дверь, спрыгнул на землю. Тут же рядом остановилось и авто, приведенное Грегом.
А еще через пять минут я уже сидел за рулем оставленного на шоссе «Классика», а дворецкий на заднем сиденье перебирал доставшиеся нам «сокровища».
После недолгого размышления я все-таки решил не дразнить гусей и, выехав на объездное шоссе, повел машину к Старой Ладоге. Там найдется место, чтобы пересидеть некоторое время и определиться с дальнейшими действиями. Да и депозит в одном из тамошних банков надо бы снять…
– Почему бы нам не воспользоваться вашим автомобилем? – вдруг спросил Грег, когда я вслух посетовал на невозможность подняться в воздух и преодолеть расстояние до Ладоги в полете.
– По двум причинам, – откликнулся я, не отвлекаясь от дороги. – Причина первая: я не знаю, где сейчас наш «Классик». Он может быть в гараже канцелярии или у нашего дома, а может, его перегнали к городскому зданию Зарубежной стражи. Причина вторая: наш полет в Хольмград практически выработал ресурс эффекторов в ноль. Все-таки это не грузовая платформа, что перемещается лишь в двух измерениях… И я бы не хотел свалиться на двухтонной машине с высоты в сотню метров. А ты?
– То есть это был одноразовый… э-э-э… автолет, мессир? – В ментале было заметно, как Грег обескуражен.
– Это был опытный экземпляр, Грег. Конечно же, он не был рассчитан на долгую эксплуатацию… – пояснил я, мысленно благодаря дворецкого за то, что он отвлекает меня от ненужных сейчас мыслей.
– Жаль.
– Веришь, мне тоже, – вздохнул я, поморщившись. Накаркал. – Тогда бы можно было забрать семью на нем, без всяких разрешений. И пусть бы государь попробовал что-то сделать.
– Простите, мессир.
– За что?
– За напоминание, мессир, – тихо сказал Грег.
– Не бери в голову, друг мой. – Со вздохом кивнул я. – Насколько понимаю, я здесь не единственный, кто лишился семьи и дома.
– Да, Рогнеда была замечательной женщиной, – все так же тихо проговорил теперь уже, наверное, бывший дворецкий.
– Прости.
– Теперь вы, мессир? – Я увидел в зеркале, как Грег слабо улыбнулся.
– Что? А… Но ведь я действительно виноват. Если бы вы не пошли служить ко мне, то всего этого ни с тобой, друг мой, ни с Рогнедой не произошло бы.
– Для начала, если бы не вы, мессир, то я не познакомился бы с Рогнедой Болховной. А случившееся… в нем нет вашей вины. Если я правильно понял, то виноват тот человек, что работал на Зарубежную стражу. И мне искренне жаль, что он успел умереть. Простите, если вмешиваюсь не в свое дело, мессир, – все так же негромко, но неожиданно жестко договорил Грегуар.
