Грета сначала замешкалась, в ее глазах промелькнул страх. Но потом уверенно ответила:
— Не боюсь! Если мне суждено умереть, значит такова воля божья!
— А мне нравится эта девчонка! — усмехнулся Блейн, посмотрев на меня, — Повесьте ее вместе с остальными пленными!
— Что?! Нет! Ваше величество, пожалуйста, пощадите ее! — я бросилась к Блейну, встав на колени, — Я сделаю все, что вы попросите! Только не убивайте ее, умоляю!
— Аха-ха! И что ты можешь мне дать, то чего я сам не могу взять?
— Я… не знаю… — вопрос Блейна завел меня в тупик, — Я буду послушной и хорошо себя вести.
— Есть много способов, сделать тебя послушной. Я хотел чтобы ты стала моей королевой…
— Я стану вашей королевой! — выкрикнула я, не дав Блейну договорить.
— Ты Виктория, та еще врунишка. На что люди не идут, только чтобы выкрутиться из невыгодной ситуации. Готовы нести любую чушь, врать в глаза и не краснеть, быть милыми и пушистым. Стоит чуть расслабиться, а они тебе нож в спину! Ты думаешь я идиот? Мне хватило одного раза, чтобы навсегда вычеркнуть тебя из списка моего доверия!
— Но я говорю правду… Пожалуйста, ваше величество, смилуйтесь! Не может быть, что в вас нет ни капли милосердия.
— Милосердие? — с презрением спросил Блейн, — Когда моего отца казнили, никакого милосердия проявлено не было! Хотя я просил Эдварда, почти умолял!
— Но ведь Грета ни в чем не виновата! Вы дали клятву, что отпустите ее.
— Это не считается, я скрестил пальцы, когда это говорил. А она, между прочим, назвала меня гавнюком! Я и не за такое казнил! А ты… ты! Давно нужно было, как следует наказать тебя за твой подлый поступок. Убить я не могу, хорошенько побить тоже. Но все же, я могу заставить тебя страдать! Душевные муки, порой, гораздо больнее, чем физические. Они разрушают нас изнутри. Медленно, но верно! Сейчас я казню Грету, а потом, всех дорогих тебе людей! Ты будешь свидетелем, как Эдварду отрубят голову! Аха-ха! Страдания Греты уже скоро закончатся, а твои только начинаются!
— Ты не убьешь Эдварда! Ты никого не убьешь! — я поднялась на ноги и со всей силой, ударила короля по лицу. Намотанная на запястьях веревка оказалась достаточно увесистой, а Блейн совершенно не ожидал от меня такой реакции. Он отпрянул, схватившись за нос, из которого полилась кровь. Но я не отступила, а только с большим напором начала бить его руками и ногами, но потом все, вдруг, растворилось в серой пелене, в ушах зазвенело, и наступила темнота.
Я очнулась с ужасной головной болью. Перед глазами, из стороны в сторону, раскачивалось стремя, и вздымалась дорожная пыль, поднимаемая копытами лошадей. Руки были по прежнему связаны, а конец веревки волочился по земле.
Неизвестно сколько времени я ехала перекинутой через седло, но судя по тому, как затекло все мое тело, довольно долго.
— А ну тормозить! — послышался голос Сивонга, и лошадь тащившая меня остановилась, — Ваше величество, она очнуться!
— Замечательно! А то я думал она умерла. Что бы я сказал Велиару, если бы наша Мессия отбросила копыта?
— Виновать, ваше величество! Я за вас беспокоюся!
— Правильно, моя жизнь важней. Но эту сумасшедшую можно было просто оттащить, а не бить по голове.
Сивонг снял меня с лошади. Голова шла кругом, и слегка подташнивало.
— Дайте мне пожалуйста, воды, — прохрипела я.
Сивонг протянул флягу, и я с жадностью вцепилась в нее, глотая прохладную воду, словно это божественный напиток.
— Благодарю, — ответила я.
— Давайте я помогать! — сказал Сивонг, придерживая меня, когда я вставила ногу в стремя.
— Не нужна, мне от тебя никакая помощь! — огрызнулась я и толкнула его в сторону.
Сивонг бросил гневный взгляд и туже обнажил катану, приложив блестящее лезвие к моему горлу. Я еле устояла с трудом держась за луку седла.
— Я не терпеть к себе такого поведения!
— Довольно Сивонг, ты уже огрел ее по голове, на сегодня хватит! — приказал Блейн.
Сивонг не отводя от меня сумасшедшего взгляда, взял конец веревки и привязал к лошади короля.
— Седлай скорее, пока наше величество не тронуться! — улыбался он.
Я быстро вскарабкалась на лошадь, голова закружилась, и вся вода, только что выпитая мной, с болью выплеснулась наружу.
— Аха-ха! — смеялся Блейн.
Я подняла голову и увидела, что черные волосы Сивонга мокрые, он с отвращением смахивал воду со своего лица и гневно смотрел на меня.
— Простите, я не хотела…, — меня все еще мутило, и живот сводило судорогой.
— Я не терпеть такого отношения к себе! — сказал он, попытавшись стащить меня с лошади, но Блейн остановил:
— Хватит уже! Оставь ее в покое! Нам пора ехать!
***
Рядом с нами шел Генерал Фелес на своем вороном коне. И я очень хотела узнать, что случилось с Гретой, всматриваясь в серые глаза генерала. Мне удалось поймать его взгляд, дав понять, что хочу с ним поговорить.
— Да Мисс Браун? — он приблизился ко мне, — Вы что-то хотели спросить?
— Грета… ее правда казнили? — тихо, дрожащим голосом спросила я.
Генерал переменился в лице, сразу, как услышал вопрос, словно не хотел говорить.
— Мне очень жаль вашу подругу, — грустно сказал он и ускакал вперед.
