– Йозеф запер его в сейф, ключ только у него, – невозмутимо ответил он.
Они отыскали несколько хороших фонарей и даже нашли запасные передатчики. По крайней мере, пока они не попадут в замок, связь у них будет.
– Я, наверное, останусь здесь, – внезапно предложил Ярослав, когда они уже собрались выйти на улицу.
– С чего вдруг? – подозрительно прищурился Ваня.
– С того, что только отсюда можно наблюдать за происходящем в замке, – не растерялся тот. – Мне кажется, будет правильным кому-то из нас это делать. Если там что-то начнет происходить, будет уже не до осторожности и моих командировочных, попробуем разбудить наших, даже если придется выломать дверь.
Ваня с Сашей молча согласились. Если ему хочется рисковать, оставаясь в одиночестве, пусть остается. Все взрослые люди, способные решать свою судьбу самостоятельно.
Окно, о котором говорил Ярослав, они нашли быстро. Но, к сожалению, то все равно оказалось слишком высоко, чтобы в него можно было без проблем забраться.
– Если я тебя подсажу, ты сможешь залезть, – неуверенно сказал Ваня, оглядываясь по сторонам в поисках чего-нибудь, что могло бы сыграть роль лестницы, но ничего подходящего в поле зрения не нашлось. А если бы и нашлось, то земля под окном оказалась неровной, на нее нельзя было поставить что-то без риска свалиться.
– Я влезу, и что дальше? – хмуро поинтересовалась Саша.
– Пойдешь открывать дверь, – невозмутимо заявил Ваня. – С этого места попасть в коридор, который ведет к нашим комнатам, проще простого.
Саша скептически посмотрела на него. Наверное, тоже вспомнила, что придется подняться на третий этаж по довольно крутой лестнице, где Дворжак едва не свернул себе шею, пройти по коридору и спуститься по другой лестнице. Тогда она сможет попасть из башни в их корпус. Маршрут уже известный, но она будет одна, в темноте, где уже исчез один человек, и без способа связи с остальными.
– Если со мной что-то случится, скажешь Войте, что это была твоя идея, – заявила она. – Потому что я обещала ему больше так не делать.
– Непременно, – хмыкнул Ваня.
Саша оказалась даже легче, чем он предполагал. По крайней мере, ему удалось не только поставить ее себе на плечи, но и поднять вверх на всю длину своих рук. Она закинула фонарь внутрь, чуть-чуть подтянулась, схватившись руками за внутренний край широкого подоконника, и повисла в воздухе.
– Черт возьми, тяжело, – прорычала она, старательно карабкаясь ногами по гладкой отвесной стене.
– Давай, Сань, я в тебя верю, – подначивал Ваня. – Изобрази какой-нибудь акробатический этюд. Кто мне хвастался, что на танцах все детство плясал?
– Мне было двенадцать… А сейчас почти… тридцать…
И тем не менее ей удалось забросить на подоконник ногу, а дальше дело пошло гораздо быстрее, и уже несколько секунд спустя она перевалилась через подоконник и оказалась внутри.
– Долго не задерживайся там нигде, – велел Ваня. – Быстро в коридор и открывай нам дверь, поняла? И передатчик с камерой не снимай.
– Вы все равно не сможете со мной связаться.
– Да, но мы будем видеть все, что видишь ты, и если вдруг на тебя нападет эта тварь, мы ее разглядим.
– Открою дверь и прибью, – пообещала Саша, скрываясь в темном провале окна.
Ваня еще несколько секунд стоял внизу, глядя на то место, где секунду назад было ее лицо, а затем поторопился ко входу. Он понимал, что если Дворжак узнает, то по морде дадут уже ему. Пожалуй, он даже отвечать на это не станет, потому что тот будет прав. Оправданий его поступку не было, кроме одного: возможно, ни Саша, ни Ярослав этого не увидели, но он рассмотрел на записи, как какая-то едва различимая тень скользнула сквозь дверь из общей комнаты в спальню, где, ни о чем не подозревая, спала его сестра. Только сейчас Ваня подумал, что Ярослав остался в фургоне не просто так. Если остальные утром и увидят запись, то уже смонтированную, безо всякой тени.
К тому моменту, как он добрался до входа, Ярослав уже спокойно курил, прислонившись спиной к фургону. А еще через несколько минут входная дверь протяжно скрипнула и открылась, явив взорам отчего-то запыхавшуюся и раскрасневшуюся Сашу. Неужели бежала?
Утреннее происшествие удалось сохранить в тайне: ни Ваня, ни Саша, ни тем более Ярослав не горели желанием рассказывать об этом ни одному из руководителей. Поэтому после того, как все встали и позавтракали, решено было продолжить обследование строений по ранее составленному плану. Однако на этот раз Страх никого не пытался отправлять ни в одиночку, ни даже вдвоем. Ханну он оставил с Ваней у мониторов в общей комнате, сам присоединился к братьям Дворжакам, а Ярослава отправил с Лилей и Невом. Войтех очень убедительно попросил Сашу тоже остаться «в штабе». Он не понял, почему она так легко согласилась с его решением, но был бесконечно рад этому. Сама же Саша испытывала некоторое чувство вины и за ночные приключения, и за то, что скрыла их от Войтеха, а потому предпочла извиниться хотя бы таким способом: не споря с ним и молча сделав то, о чем он просил.
