– Прекрати нести эту чушь, – скрипнул он зубами. – Я не верю тебе. И хочу слышать правду!
Хантер снова приблизился ко мне, но на этот раз я не отшатнулась. У меня почти не осталось сил сопротивляться ему.
– Хантер, что я могу дать твоим детям? – мой голос затих, и я отвела глаза. – Я не способна договориться с Ларри, просто потому что не понимаю, как это сделать. А Невилл? Сколько раз из-за меня он уже пострадал? Я не могу, просто не могу, и все… И Марта… она их мать. Она даст им куда больше.
– Это неважно. – Палец Хантера очертил мою скулу, и я стиснула зубы, чтобы не расплакаться от нежности, которой было пропитано это прикосновение. – Ты не обязана ничего давать им, Кортни. Это мои дети, я должен их воспитывать и заботиться о них. Ты и так дала им самое главное – свою любовь.
– Их мать…
– Их мать меньше знает о них и понимает, чем ты, – резко оборвал он меня. – Забудь про Марту. Ее возвращение ничего не меняет. Мы не станем счастливой семьей из рекламы готовых завтраков.
Он говорил так уверенно, что я больше не могла этого выносить. Мне нужно было уйти от него, оказаться как можно дальше…
– Прости, Хантер, но мне пора.
Я отстранилась и подняла с пола сумку, но он поймал меня за руку, не позволяя уйти.
– Кортни, я не хочу быть чертовым Грэхэмом, – как-то странно произнес он. – Я не могу стоять и смотреть на то, как ты уезжаешь, понимаешь? Просто не могу позволить тебе сделать это. Черт… Я люблю тебя, Кортни! Я хочу, чтобы ты осталась здесь со мной. Осталась с нами.
Каждое слово Хантера попадало в самое сердце и оставляло там огромную дыру. Дышать стало почти невозможно. Я больше не могла сдерживаться, и слезы градом покатились по щекам.
– Ларри ненавидит меня…
– Это не так.
– Или возненавидит довольно скоро, когда поймет, что я стою между тобой и Мартой, – не слушая его, продолжила я. – Они заслуживают семью…
– Ты наша семья. – Он потянул меня на себя и смахнул слезы с моего лица. – Я люблю тебя, и кроме тебя мне никто не нужен. Не думай о Марте, я прошу тебя. Мальчики тоже хотят, чтобы ты вернулась. Невилл до сих пор не может успокоиться. Кортни, не уезжай. Пожалуйста. Не делай этого.
Я всхлипнула, а затем услышала, как механический голос объявляет о начале посадки на автобус до Анкориджа. Мне правда было пора.
– Мы не сможем… Мы слишком разные… – Я давилась словами, даже не пытаясь убедиться в том, что Хантер понимает меня. – Я не смогу тут остаться. Мой мир… он другой, Хантер. Прости…
Я дернулась, и на этот раз Хантер не стал меня удерживать. Высвободив свое запястье и крепко сжав ручку сумки, я направилась к стоянке автобусов. Мое сердце разбилось в пыль. Я шла и плакала, даже не пытаясь стереть слезы с лица. Я уезжала от того, кого любила больше всего на свете. Я готова была отдать за него всю свою музыку, но отдавала нечто большее. Я отдавала свое сердце ради того, чтобы Хантер смог стать счастливым.
Самое сложное для меня было не оглянуться. Это было почти невозможно. Идти вперед, зная, что оставила Хантера позади…
– Кортни…
Я услышала мольбу в его голове, и мой шаг сбился. Слезы градом катились по лицу, но я продолжала уверять себя, что делаю лучше для него.
– Прошу тебя, не решай за нас двоих!
Голос Хантера отдалялся. Я всхлипнула, но вместо того, чтобы остановиться, пошла еще быстрее.
– Не делай этого.
– Кортни! – крик Ларри прорезался сквозь шум вокзала и затихающий голос Хантера, и я запнулась. Что он тут делает? – Стой, Кортни!
Я обернулась и заметила Ларри, бегущего в мою сторону. Хантер попытался поймать его за руку, но тот увернулся и едва не сбил меня с ног. Ларри обхватил меня за талию и сжал так сильно, что на мгновение я задохнулась. Совершенно не рассчитывая его здесь увидеть, я окончательно растерялась.
– Не уезжай! – Он сжимал меня, уткнувшись лицом в живот, и, кажется, плакал.
Следом за Ларри торопливо шла Марта, держа за руку Невилла, но когда он заметил меня, то вырвался и тоже побежал в мою сторону.
– Ты должна остаться, – продолжал уговаривать меня Ларри, тихо всхлипывая. – Невилл плачет все время, и я больше не могу это терпеть. Ты же знаешь, что он невыносим, когда столько ревет.
Это оказалось последней каплей. Я бросила сумку на пол, опустилась на корточки и прижала к себе плачущего Ларри. Люди обходили нас, пока мы с ним продолжали всхлипывать вместе. Спустя несколько секунд к нам присоединился Невилл, чьи рыдания, казалось, слышали все в радиусе пары миль.
– Мама сказала, если мы очень сильно попросим, то ты останешься, – между рыданиями выдавил из себя Невилл. – Пожалуйста, Кортни, не уезжай. Ларри тоже этого не хочет. И папа. Он стал таким грустным, когда узнал, что ты уехала…
Я погладила его по макушке и вытерла ладонью слезы с лица, не зная, что теперь со всем этим делать. Они перевернули мою жизнь с ног на голову, а я никак не могла сообразить, как мне теперь жить.
– Я говорил тебе, – произнес Хантер, подходя ближе к нам. – Ты нужна им так же сильно, как и мне, Кортни.
Я подняла на него свое мокрое от слез лицо и покачала головой.
