Механический голос повторил, что посадка на автобус до Анкориджа заканчивается и всем желающим стоит поторопиться, но я не шелохнулась. Я устала бегать от самой себя.
– Эй, парни, – Хантер потрепал Ларри по голове, – дайте мне минутку, ладно?
Ларри нехотя оторвался от меня и внимательно посмотрел в глаза, словно хотел убедиться, что я не сбегу, если он отпустит мою шею.
– Кортни не уедет? – Невилл не сдавался. Ему нужен был мой ответ прямо сейчас.
– Я постараюсь ее убедить, – садясь рядом с нами, произнес Хантер, гладя сына по спине. – Но мне нужна еще минутка.
Ларри, видимо, решив, что отец справится, отпустил меня, аккуратно оторвал от меня своего брата и направился в сторону Марты, которая все еще стояла неподалеку.
Я поднялась, а следом за мной поднялся и Хантер.
Голос повторил, что автобус отправляется через минуту.
– Автобус уходит, – зачем-то произнесла я очевидную вещь.
– И пусть.
– Я боюсь, Хантер, – наконец, призналась я.
– Я знаю, что тебе страшно, знаю, как ты боишься ошибиться, но если ты не попробуешь, то как узнаешь, что у тебя может получиться?
– Я не хочу вставать между Мартой и вами.
– Марта всегда будет их матерью, но это не значит, что тебе нет места в нашей семье. Ты уже ее часть, и ничто не в силах это изменить.
Он шагнул ко мне и обхватил ладонью шею, приподнимая мою голову. Кожу опалило его горячее дыхание, пока я пыталась справиться с дрожью в коленках. Мой автобус вот-вот должен был уехать, но я не пыталась вырваться. Я продолжала стоять, вглядываясь в темноту зрачков Хантера, понимая, что только рядом с ним чувствую, как сердце вновь становится целым. Сцена не дарила мне этого, музыка – да, но не сцена. А значит, все это время я ошибалась. Я бежала от Хантера, не понимая, что бегу не в ту сторону. Вот только Марта, крепко державшая Невилла за руку, не могла так просто исчезнуть из моих мыслей. Что, если Хантер поймет, что все еще любит ее…
Заметив, куда я смотрю, он чуть надавил на мой подбородок и заставил перевести взгляд на свое лицо.
– Я люблю тебя, – серьезно произнес он. – Этого ничто и никто не в силах изменить. Я готов доказывать тебе это каждую минуту день за днем. Я не могу тебя потерять. Стоило тебе исчезнуть, и я понял, как глупо цепляться за место, в котором больше нет тебя. Так что знаешь, вероятно, если ты все еще будешь настроена сбежать, то я отправляюсь за тобой на край страны.
– Мы и так на самом краю страны, – едва слышно пробормотала я, закусывая губу.
– Я пойду за тобой, куда бы ты ни отправилась, – прошептал Хантер, склоняясь ближе ко мне. – Мой дом там, где ты.
Сердце сбилось с ритма, но тут же забилось в два раза быстрее. Хантер возвращал мне мои же слова. Я была бы полной идиоткой, если бы села в этот автобус. В моей жизни почти никогда не было семьи, но здесь, на краю Америки, в самом холодном городе страны, я наконец обрела ее. А вместе с ней и страх сделать что-то не так, причинить им боль.
– Я люблю тебя, – прошептала я, понимая, что говорю эти слова Хантеру в первый раз. – И хочу, чтобы ты был счастлив.
– Я счастлив, потому что у меня есть ты. – Он смотрел на меня с такой любовью, что я снова чуть не расплакалась. – И буду еще счастливей, когда ты вернешься домой и возьмешь в руки меч джедая. Это все, что мне нужно, Кортни. Это все, о чем я могу думать последние сутки.
Я вскинула голову, думая, что ослышалась, но обнаружила широкую улыбку на лице Хантера, и рассмеялась. Мое лицо все еще оставалось мокрым, но каждый кусочек треснувшего сердца в этот самый момент вставал на место. Хантер провел большим пальцем по моей щеке, стирая остатки слез, а затем прижался своими губами к моим. Видимо, Санта все-таки существует, ведь Хантер оказался самым лучшим подарком на Рождество.
– Поехали домой, – едва отрываясь от моих губ, прошептал он. – Самое время печь рождественский кекс.
Мы ехали домой в неловком молчании. Марта то и дело бросала на меня заинтересованные взгляды, но ничего не говорила, а я ерзала на сиденье, чувствуя себя ужасно некомфортно.
– А мама теперь будет жить с нами? – громко спросил Ларри.
От неожиданности я подавилась воздухом. Я не могла себе представить эту счастливую семью: Хантер, дети, я и Марта в одном доме. Прикрыв глаза, я принялась про себя считать до десяти. Желание сбежать вернулось с удвоенной силой.
– Нет, – мягко произнес Хантер. – Но мы обсудим это с вами за ужином.
– Мама что, снова уедет? – голос Невилла сорвался, а я ощутила приближение собственной истерики.
– Нет, Невилл, мама не уедет, но жить будет не с нами.
– А почему? Кортни же живет с нами.
До меня донесся тяжелый вздох Хантера, и я от всей души посочувствовала ему. Нам предстоял нелегкий разговор, и затевать его стоило явно не в салоне такси.
– Малыш, я не могу жить с вами, потому что мы с папой больше не вместе, – наклоняясь к сыну, тихо произнесла Марта, – но я буду жить совсем рядом, и вы с Ларри сможет оставаться у меня, когда и сколько захотите.
– А ты точно не уедешь?
