Любовь не делала людей сильнее, она лишала их опоры и свободы выбора. Полюбив, человек начинал жить с оглядкой на того, кого любит, а я не привыкла к этому. Мне казалось, что я люблю Джоуи, но, только встретив Хантера, поняла, как сильно заблуждалась. И сейчас каждое мое решение заставляло меня задаваться вопросом, как причинить меньше боли тому, кого я люблю. Я знала, что часть моего сердца навсегда останется в снегах Аляски, и точно так же знала, что любовь к Хантеру будет всегда жить во мне. Вероятно, благодаря этому я напишу много новых прекрасных песен. Ведь, в конце концов, все в песни в мире поются о любви. Однажды боль отступит, а моя любовь к нему останется.
Автобус до Анкориджа отходил через час. Найдя свободное место в самом дальнем от входа углу, я бросила сумку на пол и уселась на металлическое кресло. Мне нужно было включить телефон и проверить, успеваю ли я на самолет, но увидеть там сотню пропущенных от Хантера было бы для меня слишком мучительно, поэтому я так и осталась сидеть, стараясь думать не о нем, а о том, как здорово будет пройтись по улицам Нью-Йорка, не засыпанным снегом. Только почему-то эта мысль больше не грела. Я привыкла к вечно белому Фэрбенксу. На фоне бесконечного снега рождественские украшения выглядели более празднично. Не знаю, сколько я так просидела, но спина уже начала ныть, когда я услышала его голос.
– Кортни!
Я вздрогнула и медленно подняла голову, не веря своим ушам. Как он меня нашел, черт возьми? Но уже через секунду поняла: я же сказала Марте, что опаздываю на автобус.
– Уходи, Хантер.
Я вскочила с кресла и замерла, глядя в его потемневшие глаза. Хантер выглядел паршиво. Так, словно не спал всю ночь. Волосы были взъерошены, одежда помята. Меня осенила догадка, и я нервно рассмеялась. Черт… Пока я сходила с ума от ревности и беспокойства, он что, просто надирался?
– Где ты был? – вопрос вырвался прежде, чем я успела убедить себя в том, что не хочу всего этого знать.
– Почему ты уехала? – проигнорировал он мой вопрос.
Хантер шагнул ко мне, оттесняя к сиденьям, и навис надо мной. Мне перестало хватать воздуха. Этого я и боялась – того, что, как только он окажется рядом, вся моя решительность испарится. Мне захотелось уткнуться ему в плечо и сделать вид, что Марта не возвращалась домой, но я продолжала стоять с прямой спиной и уверенно смотреть в его глаза.
– Потому что Марта вернулась.
Я скрестила руки на груди в попытке защититься от его близости, но это ни капельки не помогло. Взгляд Хантера обжигал, а знакомый запах снова пробирался под кожу.
– И что?
– Хантер…
– Нет, Кортни, я хочу понять!
Он шагнул ко мне еще ближе и обхватил ладонью за шею, вынуждая поднять голову и посмотреть на него, но я скинула его руку и сердито выпалила.
– Для начала вся проблема в том, что ты не сказал мне об этом!
Но мой выпад не смутил его. Пожав плечами, он совершенно спокойно ответил:
– Я хотел убедиться, что мне не показалось. В тот день, когда мы были на катке, я видел ее, но решил, что обознался, а потом ты сказала, что Невилл тоже ее заметил.
– И ты поэтому провел с ней ночь? Чтобы удостовериться в том, что это твоя бывшая жена?
Мой голос сорвался. Я чувствовала, как злость заполняет меня, занимает все то пространство, где до этого жила боль, пронизывая каждую клеточку тела. Теперь я могла отпустить ее. Хантер стоял передо мной живой и невредимый, и мне было проще злиться на него. Злость придавала мне решимости.
– Я не проводил с ней ночь. – Хантер приблизился к моему лицу, нерв у него под глазом дернулся, а челюсти скрипнули. – Я нашел Марту в отеле, и мы просто поговорили. Я решил, что нам стоит обсудить ее планы. Она… Черт… Она решила, что спустя столько лет может так запросто вернуться в нашу жизнь, словно ничего не изменилось, но это не так! Все изменилось. И я пытался объяснить ей это.
– Да, она совершенно точно не удивилась тому, что ты нанял няню…
– Кортни…
Хантер провел рукой по лицу, а затем опустил ее вдоль тела и молча уставился на меня.
– Я идиот, я знаю это. После разговора с Мартой я отправился к Аве и, как последний кретин, напился. Я не планировал ночевать там, я собирался вернуться домой к тебе и детям, но все вышло из-под контроля.
Его объяснение звучало вполне правдоподобно, но это ничего не меняло для меня. Я уезжала не из-за предполагаемой измены. У моего поспешного бегства была иная причина.
– Поехали домой, Кортни. Мы все обсудим и…
– Нет.
Я перебила Хантера и шагнула в сторону, чтобы не видеть его лица. Мне нужно было набраться смелости и сказать ему, сказать, что я уезжаю, потому что выбрала карьеру. Сделать все, чтобы убедить его, что музыка для меня важнее. Тогда он сможет отпустить меня, сможет быть счастливым с Мартой. Мне нужно было соврать ему еще один долбаный раз.
– Я решила, что предложение Джоуи стоит принять, – на одном дыхании выпалила я. – Все-таки речь о моей карьере, и это не то, от чего стоит отказываться. Ты сам говорил мне…
– И ты решила уехать, даже не попрощавшись со мной? – Хантер недоверчиво нахмурился.
– Он сказал, что мне нужно успеть до Рождества…
