– Кроме Мариночки! – заплетающимся языком молвил Шура, собутыльники соглашались, – Конечно! Маруся – самая лучшая!
На рассвете они наконец угомонились и ушли спать. Марина дошла почти до родной Рыбы, бросила якорь на рейде близ Череповца и тоже рухнула в кровать.
Утро началось в обед и то не у всех. Пал Палыч ушёл в форменный запой: только проснулся – потребовал «кровавую Мэри», и приговаривая: «Какой вкусный суп», после пил уже чистую водку, закусывая бутербродами, которые ему подавал Шура.
– Вот вы – настоящие мужики! – благодарный голос пьяного Пал Палыча веселил Марину.
Девушка переходила удивительно спокойное водохранилище со слезами на глазах, воспоминания детства копошились в голове, не пуская туда новую информацию. Когда выспавшийся Иван сменил Марину, она устроилась в кокпите с кружкой чая и с удовольствием смотрела по сторонам. То тут, то там рядом с фарватером были расставлены сети, но помощник справлялся с их обходом, а за «морем» было то, что осталось от её дома.
Поздним вечером «Дача» встала на якорь в устье реки Сутки, напротив родной деревни девушки. Пал Палыч забылся тревожным сном, экипаж тоже отдыхал.
На утро всё повторилось: Шура поддерживал окончательно расклеивающегося работодателя как мог, Марина с Иваном по очереди «дубасили» на максимуме, забыв про крейсерскую скорость, в сторону Москвы. Прошли Мышкин, немного задержались в очереди на шлюзование в Угличе, не останавливаясь, промчались мимо «падающей» колокольни Калязина и утром швартовались в яхт-клубе Дубны.
Проснувшись около полудня, они нашли Пал Палыча на лавочке в парке.
Вид у него был – краше в гроб кладут. Но главное испытание для него наступило после обеда.
Пытаясь обуздать адское похмелье, Палыч отправился в местный ресторан и не успел дохлебать наваристую ушицу из судака, как за его столик на шестерых молча подсел молодой человек в черном костюме. Парень положил на стол небольшой дипломат, открыл его, по-прежнему молча достал папку с документами и бросил её рядом с супом.
Не ожидавший от жизни уже ничего хорошего, Пал Палыч трясущимися руками потянулся к бумагам, но нервы не выдержали, и он скулящим голосом задал пришельцу вопрос:
– Что там?.. Хотя неважно. Что вам от меня нужно?
Молодой человек холодно посмотрел на муки своей жертвы и усмехнулся.
– Ну что же, вопрос верный.
Палыч откинулся на сидении и сцепил под столом руки.
– Показания по делу. Всего лишь.
– Что? – Палыч тряхнул крупной головой, – Какому ещё делу?
– Какому делу? Слушай сказочку, дядя…
Жил-был один жадный до денег столичный пройдоха. И угораздило его стать крупным чиновником одного приволжского городка. Деньги потекли рекой, но ему всё было мало. Пришли к нему плохие, злые дяди и предложили за мзду разрешить им заводик у леса построить. Чинуша и согласился.
Уж как только ни просили его жители одной деревни: «Смилуйся, господин, не разрешай плохим дядькам губить наш лес и строить там завод минеральных удобрений, который каждый день будет отравлять воздух и воду выбросами аммиака, хлора, фтора, мышьяка, ртути и прочими нехорошими вещами. Ведь ты срок здесь отбудешь и слиняешь, а мы здесь останемся и детей своих растить будем».
Был в деревне «отважный капитан, что объехал много стран», собрал он народ и возглавил бунт против плохих дядек и жадного чиновника. А последний испугался да и «слил» его «плохим дядям» как главную помеху завода, а сам, как и должно, перелетел на кормушку посытнее.
Ужас в расширенных глазах Палыча плескался девятибалльный.
– И теперь, если ты, поскуда жирная, не напишешь мне на бумаге, сколько ты за это получил, кто тебе конкретно это дал и прочие сведения про нужных людей, вот эти милые подробности (молодой человек постучал длинным пальцем по папке) деятельности…
– Я всё напишу! – Пал Палыч, красный и потный, сполз на колени с кресла, – Всё! Только оставьте меня в покое, прошу…
– Тебя оставить? Да от тебя уже ничего не осталось, что тут оставлять? Тебя дружок твой с лица земли и сам сотрёт, без нас. Тут про бизнес сынишки твоего рассказ имеется, очень любопытный, скажу я тебе. Как говорила моя мама: «От осинки не родятся апельсинки».
Пал Палыч закрыл лицо руками и тяжело дышал.
– Попейте воды и приступайте. Мне некогда, – ледяным тоном сказал молодой человек.
Подано холодным
Марина не спеша собирала свои вещи. После звонка Михаила, который был на подъезде к яхт-клубу, у неё было пару часов. Вряд ли Палыч сможет написать всё быстро, как бы откачивать его не пришлось, но это теперь не её забота. Всё, что она могла сделать, чтобы поквитаться за жизни родных, она сделала.
Неужели справилась? Невероятно. Тогда чуть больше года назад это казалось абсолютно нереальным.
