— Просто провожал, говоришь? — недобро блеснул белоснежными зубами главарь шайки. — А то знаешь, белый, что за проводы в ночное время в нашем районе взимается налог?
— Ребята, какой налог? О чем вы говорите? — начал понемногу приходить в себя Мэтью, думая, что все закончится банальным ограблением.
— А ты разве не законопослушный гражданин Соединенных Штатов? Или ты никогда в жизни не платил налогов? — продолжал издеваться бандит и его слова были поддержаны нарочитым хохотком его подельников.
Пилар незаметным телодвижением выскользнула из-под руки своего ухажера и беззвучно испарилась в кустах, что росли по краям обочины. Но Мэтью, кажется, этого даже и не заметил. Чувствуя, что дело может кончиться мордобитием, бывший помощник военного атташе в последний раз попробовал разойтись с грабителями без телесного ущерба для себя:
— Я не знал, что за проход в ночное время по территории вашего района взимается плата, но раз уж на то пошло, то я готов отдать вам все, что у меня есть.
Он похлопал себя по карманам и вытащил на тусклый свет Луны и окон соседних домов дорогой кожаный бумажник и протянул его старшему налетчику.
— Там есть немного наличности и «Паркер» с золотым пером. Впрочем, к этому я могу еще присовокупить часы. Очень дорогие, кстати, часы. Их стоимость, я полагаю, многократно превысит налоговую ставку за платный проход в неурочное время, — произнес он с чуть заметным высокомерием, расстегивая браслет с часами на руке и также протягивая его главарю.
Это еле скрытое высокомерие белого человека в конец вывело из себя чернокожего громилу и он, даже не взглянув на содержимое бумажника начал орать, страшно вращая белками глаз:
— Вы, белые, — выкрикивал он слова, будто выплевывая, — совсем очумели в своем проклятом расизме! Что ты мне суешь свою мелочевку, словно милостыню нищему? Ты, кусок вонючего дерьма кем себя возомнил?! Или ты считаешь нас папуасами, от которых можно отделаться блестящими побрякушками?! Кровожадные угнетатели моего народа! — орал он все больше и больше распаляясь от собственных криков. — А ну, встать на колени, в знак уважения к движению БЛМ!
Мэтью понял, что разойтись мирно не удастся и его сейчас просто начнут колошматить, возможно, даже и ногами. Он еще раз опасливо оглянулся на тех двоих, что стояли у него за спиной, но они стояли в застывших позах, словно бы все происходящее их не касалось. Скайлз тихонько вздохнул и молча опустился на оба колена, в ожидании, что его сейчас начнут месить. Но никакого избиения не получилось. Один из тех, кто стоял сзади, неуловимым движением достал из-за спины обрезок арматуры и с хаканьем изо всей мочи опустил его на затылок своей жертвы. Череп от такого удара по затылку просто раскололся и крошево от осколков затылочной кости вмялись в кору головного мозга. Смерть наступила мгновенно. Возможно, что он даже не понял, что уже умер, так быстро и сноровисто все было проделано. Видимо тот, кто наносил удар, был специалистом в своем деле. Скайлз, уже мертвый рухнул на асфальт, лицом вниз, заливая фонтанирующей кровью пространство вокруг себя. Громилы еще постояли немного возле него, убеждаясь, что вторичного удара не требуется. Затем, как по команде повернули головы в сторону темного проулка. Оттуда доносились неторопливые шаги уверенного в себе человека. К ним приближался смуглый с аккуратной бородкой араб. То, то это был араб не вызывало никаких сомнений, ибо он был одет в традиционную кандору и накинутую на голову гутру, в просторечии называемую «арафаткой». При виде «араба» главарь шайки расплылся в дружеской улыбке:
— Али, мы свою часть договора выполнили. Вот, можешь полюбоваться на труп своего врага, — сказал он, и члены шайки расступились, давая пройти «арабу» к месту убийства.
— За мной тоже дело не станет, — проговорил спокойным голосом заказчик. — Как и уговаривались, вот стальная часть оплаты.
Он порылся в складках своего балахона и извлек оттуда девять пачек стодолларовых купюр перемотанных изолентой крест-накрест.
— Считай, Джошуа, — протянул он главарю упаковку.
— Я верю тебе, Али, — сказал негр, небрежно принимая деньги. — Мы с тобой уже не первый раз так плодотворно сотрудничаем. Согласись, сто кусков за такое плевое дело — отличный бизнес.
— Спасибо за доверие тебе и твоим парням, Джошуа, — все так же степенно ответил Али.
— Али, после долгого сотрудничества с тобой я имею право задать тебе вопрос? — продолжил Джошуа, не выпуская упаковку из рук.
— Задавай.
— Мы «Черные пантеры» убиваем белых, потому что хотим им отомстить за многовековое рабство наших предков, но что подвигло тебя на этот путь, ведь вы, арабы, насколько я знаю, с белыми в одной упряжке?
— Ты неправ, мой друг, — немного грустным голосом возразил ему Али. — Белые люди посеяли гроздья гнева не только в Африке, но и по всему миру. Аллаху уже давно надоело наблюдать с горних высей за их бесчинствами, и чаша его терпения уже наполнилась до краев.
— А чем конкретно этот, — негр указал в сторону плавающего в своей крови человека, — насолил вам?
