По тому, как закивал на эти слова министра еще один одетый не в военную форму, Афанасьев понял, что это, видимо, и есть тот самый Роман Захарович.
— Не забывайте, что это вам не Таити, — шмыгнул носом диктатор, — оглянуться не успеете, как начнутся дожди и холода. Надо продумать, куда девать погорельцев.
Представитель Госрезерва сделал шаг вперед и, откашлявшись, произнес:
— Товарищ Верховный, мы только что обсуждали эту тему, поэтому разрешите мне прояснить ситуацию по данному вопросу?
— Прошу, — кивнул Афанасьев.
— Палатки, которые мы сейчас разворачиваем для временного размещения пострадавших, относятся к «арктическому» классу. Им не страшны, ни дождь, ни снег. Они способны поддерживать внутри себя температуру +20 градусов, даже если снаружи похолодает до -45. И естественно, что мы отдаем себе отчет, что это всего лишь временная и вынужденная мера. И способы решения данной проблемы у нас тоже имеются.
— Хмм, поведайте, — слегка добавил в голос сомнений Валерий Васильевич.
— У нас имеется сразу несколько вариантов решения данной проблемы. Во-первых, в хранилищах Госрезерва имеется на сегодняшний день, более двух тысяч комплектов сборных домов.
— Это тех, что разваливаются уже через пару-тройку месяцев? — съязвил Афанасьев, припоминая сочинскую трагедию, когда после наводнения тысячи людей остались без крова.
— Мы учли прошлый печальный опыт, поэтому в новую модель сборного дома внесли необходимые изменения, усиливающие все элементы конструкции. Недавние испытания подтвердили надежность новой модели сборного дома. В самое ближайшее время мы готовы отгрузить все имеющиеся в нашем распоряжении комплекты.
— Какова скорость постройки таких домов? — спросил Рудов, никогда не любивший отмалчиваться и считавший себя специалистом буквально во всех отраслях, начиная от строительства атомных реакторов и заканчивая способами грудного вскармливания младенцев.
— Одна бригада из семи человек возводит дом за один световой день. Мы готовы сформировать сразу пятнадцать таких бригад, — не полез за словом в карман Роман Захарович.
— Вы упомянули несколько вариантов решения жилищной проблемы, — напомнил с места Афанасьев.
— Да, — опять взял слово Нечипоренко. — Вторым вариантом являются жилищные сертификаты. Про них вам лучше расскажет Евгений Викторович — представитель Минфина.
Их толпы военных протолкался еще один гражданский.
— Загорский, заместитель министра финансов, — представился он. — Коллега, верно, подметил, — взял он сразу с места в карьер, — насчет жилищных сертификатов. Они уже не раз подтвердили эффективность своего существования. Просто я хотел добавить к этому то, что мы вышли с инициативой распространить действие подобных сертификатов не только в отношении строящегося и муниципального жилья, но и жилья приобретаемом на вторичном рынке. Это гораздо более упростит их обращение и освободит от забюрокрачивания процедуры оплаты. Естественно, министерство финансов принимает на себя гарантирование оплаты жилья на вторичном рынке, в рамках кадастровой стоимости и с учетом средневзвешенных цен по региону оплаты.
— Это хорошее дело, — скупо улыбнулся Афанасьев, — но этого все-таки мало для компенсации пострадавшим. Какие еще меры вы предусмотрели в этом плане? Ведь люди потеряли не только жилье, но и родных, а также имущество.
— Все верно, — согласился минфиновец. — Мы уже у себя в ведомстве приняли решение о выплатах всем семьям, в которых кто-то погиб. Такие выплаты предусмотрены в размере трех миллионов за каждого погибшего и полутора миллионов за каждого тяжелораненого. Само собой разумеется, что все мероприятия по реабилитации раненых тоже будет за счет выделенных на это средств. Кроме того нами сейчас в «пожарном» порядке, простите за дурной каламбур, разрабатывается схема по компенсации за утерянное имущество, невзирая на то, застраховано оно или нет. Причем эта компенсация не должна отменять саму страховку, при ее наличии. Но в целом, мы считаем, что выплаты должны составить сумму не меньше полутора миллионов.
— Неплохо, — удовлетворенно кивнул Верховный.
— Конечно, неплохо, — опять же подхватил «эстафетную палочку» министр по ЧС, — если учесть, что стоимость жилья в Белгородской области едва ли не на порядок ниже московской. К тому же мы собираемся привлечь волонтерское движение к сбору средств, для пострадавших. Какая-никакая, я лишняя копейка в кармане никогда не помешает.
— Олигархов порастрясти малость не мешало бы, — снова встрял Рудов.
— Это дело мы, пожалуй, поручим нашему милейшему и скромнейшему Николаю Палычу, — широко улыбнулся впервые за всю беседу Афанасьев. — Поразительно, но попав к нему в кабинет, они сами, причем без всякого понукания со стороны, готовы поделиться с народом последней рубахой.
— Которую они до этого и сняли с того же самого народа, — буркнул Сергей Иванович.
