Однако, несмотря на ее бурную коммерческую деятельность, так напугавшую вначале ее руководство, карьера шпионки не закатилась. Напротив. Используя полученный опыт сочетания личного обаяния и умения извлечь из всего выгоду, она начала медленно, но неуклонно карабкаться вверх по служебной лестнице. А горячее дыхание в затылок молодого и самоуверенного Дэниела Смита, только подстегивало ее непомерные амбиции. И никто из ее коллег до поры до времени не подозревал, что в этой маленькой и хрупкой с виду женщине сидят два демона — непомерной жажды наживы и извращенного сладострастия. После СССР ее направили сначала в Африку, а потом и на Ближний Восток, где она близко сошлась с руководством ливанских наркокартелей, занимавшихся переправкой зелья из Центральной и Юго-Восточной Азии в Европу. Нужно ли сомневаться, что личное благосостояние теперь уже миссис Гудмен (между делом она успела выскочить замуж), укрепилось еще больше. Демон наживы работал кропотливо и неустанно, пока его собрат тихо подремывал в глубинах подсознания. Её махинации с наркотиками опять попали в поле зрения службы собственной безопасности, и ей пришлось немало попотеть, давая показания о побочном заработке. Как ни странно, и это сошло ей с рук. Одно время думали, что ее карьера будет загублена, и она уже никогда не сможет подняться выше должности резидента одного из местных филиалов ЦРУ. Но потом, вдруг, начальство вспомнило, что ее первоначальной специализацией был СССР. В Россию ей путь был заказан, а вот попробовать ее в качестве куратора от ЦРУ в Закавказье, определенно стоило. Там она и пребывала, руководя нелегальными поставками оружия в мятежную Чечню. Может быть, на этом ее карьера и завершилась, если бы не пресловутое «11 сентября». Ни с того, ни с сего она всплывает из небытия в качестве заведующей одной из тайных тюрем ЦРУ, разбросанных по всему белому свету. Ей выпало возглавить администрацию одной из самых жутких тюрем под названием «Кошачий глаз», которая располагалась в Таиланде и куда свозили огромное количество арабов, подозреваемых в совершении теракта. Другой бы на месте Джины огорчился такому повороту событий, но только не она. Настала пора проснуться и второму ее демону. Всему миру известен факт, что исполнителями террористических актов в Нью-Йорке и их пособниками были подданные саудовского короля. Но мало кто знал, что среди них были представители королевской династии. И госпожа Хаспел (Гудмен) входила в число посвященных в эту мутную историю, так как в ее руки попались сразу два представителя коронованного семейства. Ими оказались Абд-эль-Рахим аль-Насири и Абу Зубайда, подозреваемые в принадлежности к «Аль-Каиде». Наконец-то, ей выпал шанс совместить приятное с полезным. Помимо многочисленных изуверских пыток, до применения которых она была большой охотницей и выдумщицей, Джина не гнушалась и вполне плотскими развлечениями. Неизвестно, как уж там у нее складывалась семейная жизнь с мистером Гудменом, но по интернету стали гулять фото и видеозаписи, где женщина, очень похожая на Джину Хаспел, одетая в латексный костюм и с хлыстом в руке, занимается извращенным сексом с заключенными секретной тюрьмы. Поэтому неудивительно, что она не обошла своим изощренным и воспаленным вниманием двух особей королевской династии. Перемежая пытки, извращения и откровенный шантаж она вынудила обоих подозреваемых, а также самого короля Садовской Аравии перечислить на ее банковский счет умопомрачительную сумму в двести миллионов долларов. В результате, оба подозреваемых, ставших к тому времени инвалидами, были все-таки отпущены, а миссис Хаспел утолила свои извращенные вожделения, попутно обогатившись до сказочных размеров. Король, разумеется, всерьез обиделся на поведение «друга и союзника». Он даже попробовал через Европейский центр конституционных прав и прав человека восстановить некую справедливость в отношении своих незадачливых родственников, но максимум чего смог добиться, так это то, что из публичного пространства были изъяты все видео и фотоматериалы гнусного шабаша с участием «неустановленного лица женского пола». Джине опять пришлось давать показания не только перед своим непосредственным руководством, но и перед Сенатской комиссией. И опять этой удачливой во всех смыслах, женщине все сошло с рук, если не считать, что с тех пор она получила прозвище «Кровавая Джина». Во всяком случае, она материально никак не пострадала, выйдя из воды абсолютно сухой.
Из «тюремных надзирательниц», конечно же, после всего случившегося пришлось уйти. Но в опале она пребывала недолго. ЦРУ — не такая организация, которая может себе позволить разбрасываться кадрами направо и налево, поэтому уже через полгода она вновь оказалась в Центральном Аппарате, где и заняла пост директора «русского дома» к вящему неудовольствию Дэниела Смита, рвавшегося на эту должность.
