– Наверное, что-то провоцирует ее, – предположил Дин. – Отец был в доме, но вместо того, чтобы сожрать его, она отвлеклась на ребенка.
– Она нападает на отцов, пока дети еще не родились, – выдвинул теорию Сэм. – А после рождения ее целью становятся младенцы.
– После рождения ребенка у нее есть два варианта, – возразил Дин.
– Оба раза она… вступила в контакт с ребенком, – вставил Кастиэль, – и дети выжили.
– Оба раза ей помешали, – напомнил Сэм.
– Ты думаешь, что она проделала это только дважды. Возможно, в случаях с другими детьми ей никто не мешал.
– То есть, она не хочет им навредить?
– Сыпь и проколы показывают, что она им вредит. Но раны заживают за считаные часы.
– Так она скрывает свои действия, – догадался Сэм. – Если ее визиты остаются незамеченными, она может возвращаться снова и снова.
– Мужчин она убивает, это ясно, – проговорил Дин, – но мы понятия не имеем, что потом будет с младенцами.
Они спустились по лестнице, продолжая разговор вполголоса. Сэм повернулся к Кастиэлю:
– Доктор Хартвелл выяснила, что с ребенком Атертонов все в порядке, так?
– Верно, – подтвердил Кастиэль. – Не считая сыпи и проколов, которые исчезли к утру. Если бы она не выслушала медсестру, так бы о них и не узнала.
– Эта женщина явно делает что-то нехорошее, – продолжил Дин. – Жуткая каннибалка присоединяет спинной тентакль к шее младенца… Бр-р-р.
Вернувшись в кухню, Сэм увидел, что Мелисса держит малышку и улыбается ей, хотя глаза ее опухли и покраснели от плача.
– Простите, – обратился к ней Сэм, – я хотел спросить, доктор Ноэль не заезжала, чтобы осмотреть ее?
– Еще нет, – Мелисса погладила щеку ребенка указательным пальцем. – Слава богу, Кевин остановил эту женщину прежде, чем она успела навредить нашей дочке.
– Доктор Хартвелл уже едет, – сообщила мать Мелиссы. – Я позвонила ей сразу же, как услышала, что произошло.
– Хорошо, – кивнул Сэм. – Я знаком с доктором Хартвелл.
Доктор Хартвелл уже видела сыпь и ранки ребенка Атертонов и сможет сравнить с ними повреждения Ноэль. В обоих случаях таинственной женщине не хватило времени, чтобы навредить детям. Кастиэль был прав, предположив, что другие нападения могли остаться незамеченными. Но что стало бы с младенцами, если бы женщину не спугнули?
Сэм услышал шаги у входной двери. Отец Мелиссы провел в дом доктора Ванессу Хартвелл.
– Мне так жаль слышать о том, что произошло с Кевином, – она решительно направилась к кухне. – Они обязаны остановить этого человека! – Тут доктор заметила младенца: – Но моя маленькая пациентка в порядке?
– Расстроена, – отозвался отец Мелиссы. – Но, думаю, это естественно.
Кастиэль поймал доктора за руку и что-то прошептал ей на ухо. Та кивнула и сочувствие на ее лице сменилось сосредоточенностью профессионала.
– Спасибо, я проверю.
Сэм вышел из кухни, когда туда вошла доктор Хартвелл. Она поставила сумку на стол, подошла к Мелиссе и окинула ребенка взглядом. Потом осторожно пальцем оттянула воротник ползунков и осмотрела шейку младенца. Подняла взгляд на Кастиэля и кивнула. Мелисса передала ей ребенка:
– С ней все хорошо, правда, доктор Хартвелл?
– Она изумительна, – проговорила доктор Хартвелл, улыбаясь ребенку. – Давайте-ка посмотрим…
Сэм подумал, что если доктор не обнаружит чего-нибудь еще, кроме исчезающих ранок и сыпи, они от Мелиссы больше ничего не узнают. Вместе с остальными он вышел из дома.
«Скорая» с мигалками, но без сирены увезла тело Кевина Бэрроуза. Трамбл закончил разговор с Кордеро, забрался в свой темный внедорожник и отбыл в том же направлении. Охранявшие тело патрульные вернулись на улицу и разговаривали, стоя около машины.
Сэм повернулся к Дину и Кастиэлю:
– Это как-то связано с Ноддом и исчезновениями в шестидесятых, – проговорил он. – Прибытие Салли в город пробудило то, что находилось в спячке.
– Салли и Риза – кровные родственники, – предположил Дин. – Может, когда Салли переехала, сюда вернулась Риза?
– А может, Риза никогда и не уезжала.
Впрочем, Сэм с трудом представлял себе, как она могла скрываться в городе все это время. С бойфрендом, беременная? Она могла изменить внешность, сменить документы. Но даже если так…
– Ей сейчас было бы семьдесят лет.
– А ребенку больше пятидесяти, – добавил Кастиэль.
– Никто в городе ее ребенка не узнает, даже старожилы. Этот ребенок мог запросто вернуться в любое время.
Из дома поспешно вышла доктор Хартвелл. Сэм привлек ее внимание.
– Что-то не так с Ноэль?
– Вроде бы, все в порядке, но на всякий случай я закажу полное обследование. Мне только что звонили… дважды за две минуты. А я-то думала, больше ничего странного не случится…
– Странного? – переспросил Дин.
– У двух пациенток начались преждевременные роды, – объяснила доктор Хартвелл. – Кажется, вы разговаривали с обеими об этих нападениях. Оливия Крам и Хлоя Сайкс.
