– Мы тут… я тут подумал, что, быть может, ты и сгодился бы на что-то. У меня есть соляные поля рядом с побережьем. Это если пройти через поселок, потом идти все время на юг вдоль речки Аверн, до озера Семи Ветров, ну и там совсем чуть-чуть останется. Если по прямой, то мили две пешком. Нужно будет носить бурдюк с рассолом от побережья вон до тех срубов, видишь? – Дайардин указал рукой на бревенчатые сооружения в сотне шагов от своего дома. За каждый бурдюк плачу два медных торкеля. Если не ловить ворон и не падать в обморок на каждом шагу, то может получиться один серебряный торкель в день. Согласен? Сверх того, стол в моем доме и ночлег. Ночлег не в доме, конечно, но на нашем сеновале сейчас довольно тепло. Согласен?
Одна серебряная монета в день – это были какие-никакие, а деньги. Особо не колеблясь, Ивар согласился.
– Тогда подходи к нам сегодня к ужину.
– И как мне узнать, когда у вас ужин? – спросил Ивар.
– Как солнце сядет за лесом, так сразу и ужин.
– Спасибо, я понял, – ответил Ивар и направился к расположенному по соседству пруду.
Небольшой пруд был с трех сторон окружен заснеженным ельником. Сквозь кристально чистую воду Ивар мог видеть, как неторопливо шевелили плавниками маленькие рыбки над бурыми и светло-серыми валунами, устилавшими дно. Кромка земли у берега слегка подтаяла, обнажив прошлогодние листья, подушки мха и побеги молодой травы.
Сбоку от себя, на склоне холма, спускавшегося от поселка к пруду, Ивар разглядел свинопаса и нескольких хрюшек, раскапывающих посыпанную снегом землю. Судя по дубовой рощице неподалеку, свиньи, по-видимому, искали желуди. Явно скучавший свинопас оживился при появлении нового лица и неспешно направился навстречу Ивару. Подойдя ближе, он широко улыбнулся и произнес слегка нараспев:
– Судя по всему, ты и есть тот Ивар, что забрел к нам в Оллтре сегодня? – Круглое веснушчатое лицо пастуха светилось радушием. Легкий ветерок трепал остатки светлых волос на его наполовину облысевшей голове. Маленькие подслеповатые глазки, короткий приплюснутый нос, круглые румяные щеки и приличных размеров животик – всей своей внешностью свинопас чем-то напоминал своих питомцев, бродивших неподалеку.
– И чем же я себя выдал? – улыбнулся Ивар.
– Во-первых, вряд ли кто из наших стал бы пялиться в воду просто так среди бела дня. Разве что наш пастух Оверет, любитель поговорить с деревьями и камнями. Во-вторых, мне уже показали на тебя пальцем мои любопытные соседи. Ну и в-третьих: я просто-напросто знаю в лицо всех местных жителей, – еще шире улыбнулся обладатель безупречной логики.
– Твой разум слишком остер для свинопаса, – слегка поддел Ивар своего собеседника.
– Вот, даже приблудшие бродяги замечают это! – отвесил ему свинопас той же монетой. – На самом деле, свинопас я лишь отчасти. Да и то – не свинопас, а собиратель трюфелей. – Селянин сунул руку в карман своего брэта[7] и достал оттуда сначала какой-то зеленый камень яйцевидной формы, потом темный клубень, похожий на крупную редьку. – Держи вот, угощайся.
– Спасибо, – поблагодарил его Ивар, кладя трюфель в свой мешок. – А имя у тебя есть, собиратель трюфелей?
– Батюшка с матушкой прозвали меня Киврис, Киврис Нейдр. Хотя, по правде сказать, матушки своей я никогда не видел. А ты к нам откуда?
Ивар вкратце рассказал свои злоключения последних дней.
– И что собираешься делать дальше? – поинтересовался Киврис.
– Пока поработаю у Дайардина, а там – жизнь покажет.
– Дайардин взял тебя к себе? – удивился свинопас. – Чем же ты ему так приглянулся?
– Не знаю. Сначала вроде не хотел брать, потом передумал. Слушай, Киврис, а почему про Дайардина и Рой говорят, что они странные?
– Да я бы не сказал, что сильно странные. Хотя некоторые и считают их колдунами или навроде того. Дескать, они могут прозревать будущее и всё такое. Я лично думаю, что парочка совпадений еще не делает тебя колдуном.
– А кроме Эсгиса и Оверета, других детей у них нет? – поинтересовался Ивар.
– Почему ты спрашиваешь? – искоса взглянул на него Киврис.
– Просто интересно, – пожал плечами Ивар.
– Вообще да, говорят, что когда-то у них было пятеро детей. Еще когда они жили на Имралтине. Но это было давно, во времена Великой усобицы. Что стало с остальными, никто не знает. Скорее всего, погибли или умерли от болезней.
– А что за Великая усобица?
– Об этом тебе лучше наш Дерог расскажет. Сам я неграмотный, пергаментов старых не читал, а у Дерога много этого добра. Ну или Дайардин – он тоже должен кое-что помнить про те времена. В общем, пару десятков лет назад случилась Великая усобица. Сам я тогда был еще безусым мальчишкой. Много городов и селений оказались тогда сожжены, много людей погибло от меча, голода и черной оспы. По крайней мере, так говорят. Но Эллана всё это почти не коснулось.
Сверху, со стороны поселка, послышался приближающийся стук копыт. Обернувшись, Ивар увидел Эсгиса верхом на белоснежном Форалефе. Через несколько секунд тот остановил коня в нескольких шагах от берега. Окинув быстрым взглядом Ивара и поприветствовав его легким кивком, Эсгис повернулся к Киврису:
