— Как я понял, попытается обменять жизнь, которую она забрала у оборотней, на жизнь умирающей волчицы, Демиан, наверное, её научил, — ответил Райан.
Между тем Оксана потянулась даром к распростёртой на земле женщине. Чёрные щупальца окутали тело, только вместо того, чтобы забрать крупицы жизни, стали вливать в неё энергию. Рваная рана на горле затянулась, бледность покинула черты женщины, румянец заиграл на щеках. Кудрявая сделала глубокий вдох и открыла глаза. Вся орава женщин сразу же бросилась к ней. Оксана поднялась на ноги и отошла в сторону, на губах её играла самодовольная улыбка.
— Спасибо тебе, моя королева, — произнёс Андерс и поклонился. Было забавно наблюдать такой жест почтения от обнажённого мужчины.
— Прости, чёрная королева, что мы встречаем тебя в таком виде, — Агата поднялась на ноги и подошла к брату.
— Может, вы лучше скажете, куда подевался Барвин? Я однажды пообещала, что приду по его душу, — Оксана быстро пресекла поток любезностей. — Только не говорите мне, что Райан его заморозил, иначе день будет окончательно испорчен.
— Барвина здесь не было, скорее всего, он остался в убежище вместе с тремя самками, — ответила Агата.
— А это что за заморыш? — Оксана бросила быстрый взгляд на измождённого парня. — Тоже оборотень?
— Нет, просто человек, который попал в беду, — ответила белая волчица.
— Он похож на журналиста, которого мы никак не могли поймать, — неожиданно проговорила Марина и подошла поближе. При этих словах молодой человек вздрогнул, вжал голову в плечи и опустил глаза. — Да, точно, он, я много раз видела фотографию, но узнала, если честно, с трудом.
— Попался, красавчик! — Оксана хищно улыбнулась и захлопала в ладоши.
— Не нужно его трогать, ему и так тяжело пришлось, — заступилась за журналиста Агата.
— А это не тебе решать, что с этим Игнатом делать, а Демиану, — огрызнулась Оксана и уставилась на белую волчицу, бирюзовые глаза недобро сверкали, но Агата не дрогнула.
— Отлично, значит, его и буду просить о милосердии, а не тебя, — ответила она.
— Может, вы потом будете ругаться, а то Барвин поймёт, что его прихвостни потерпели поражение, и сбежит, — вмешался в спор Райан. — Давайте закончим то, за чем пришли.
— Если он сбежит, — Оксана указала пальцем на молодого журналиста, — я заберу ваши жизни.
Посовещавшись, пришли к решению, что волчицы подождут всех на поляне, немного отдохнут и залечат раны. Агата увязалась идти вместе Райаном, Мариной и Оксаной. Она хотела убедиться, что её муж точно умрёт. Брат отдал волчице амулет, скрывающий ауру. Андрес тоже рвался продолжить путь, но ему пришлось возвращаться за своими вещами, так как никто не догадался захватить их с собой. Чёрная королева бросала недобрые косые взгляды на волчицу, Агата же, напротив, совершенно не обращала на Оксану внимания, словно её не существовало вовсе. Женщины как-то сразу не поладили.
Шли быстро, но осторожно, стараясь издавать как можно меньше шума. Впереди замаячила заброшенная постройка. Сердце Райана учащённо забилось: дракон надеялся, что Барвин всё ещё там.
Барвин метался по комнате из стороны в сторону, не находя себе места. Под ногами шуршал мусор и осыпавшаяся штукатурка. Злость и дурное предчувствие полностью завладели вожаком стаи. Всё окончательно пошло наперекосяк. Он хотел пополнить свои ряды и дать отпор драконам, но потерял практически всех волков. А теперь ещё жена взбунтовалась и сбежала.
Барвин понимал, что сам должен был последовать за Агатой и всеми правдами и неправдами вернуть беглянку обратно, или убить. Но он этого не сделал. Можно было придумать тысячи оправданий, но правда заключалась в том, что он попросту испугался. Как в тот раз, когда первый ритуал провалился, и все обитатели Драконьего города застряли во временной петле.
Осознание своей беспомощности и трусости давило на грудь. Но что ему оставалось делать? Как он мог защитить свою стаю? Почему эта тупая волчица так верила драконам и не хотела его слушать? А Барвин её любил, неумело, неправильно, но любил.
От воспоминаний сделалось дурно, мурашки побежали по коже, заставляя волоски на теле подняться дыбом.
Он очнулся тогда в пыли, уже в человеческом теле. Слабость скрутила мышцы, голова раскалывалась от боли. Битва выдалась трудная, но славная. Много солдат порвали, кого-то обратили, но и волки тоже погибли, а это всегда печалило.
Барвин, наконец, разлепил тяжёлые веки, свет обжёг радужку, слёзы медленно побежали по щекам. Перед глазами всё плыло, оборотень не сразу смог понять, что происходит. Демиан Кросман забирал жизни у волков, ещё не пришедших в сознание. Сначала вожак стаи не поверил тому, что видел, подумал: это галлюцинация, вызванная ритуалом. Оборотень зажмурился так сильно, что перед глазами замелькали цветные пятна. Сделав несколько глубоких вдохов, Барвин решился и опять позволил себе взглянуть на происходящее. Нет, он не ошибся, Демиан убил троих волков, и теперь их истлевшие высохшие тела, лишь отдалённо напоминающие человеческие, валялись на пыльной дороге.
