И тут парень ощутил ответный укол. «На чьей ты стороне?». Этот вопрос эхом разносился у него в голове, произнесëнный голосом Лючии. Приходилось признать: даже в мирном и пережившем все бедствия Смиттауне были «те» и «другие», и занимать нейтралитет больше было нельзя. Ангелы или демоны? Кто был на самом деле прав и, что куда важнее, к кому из них сердце влекло самого Роджера? Он вспомнил слова Разаэля: «Примкни к тому, кто будет сильнее», но теперь он сам обладал пугающей силой, делавшей выбор ещё более невыносимым.
— Спасибо за приглашение, Эйб. И за честность, — отозвался он, ставя на стол бокал, к которому так и не прикоснулся губами, и направился к двери.
— На самом деле, есть ещё кое-что, о чëм я хотел бы тебя предупредить, — окликнул парня Абигор, — пожалуйста, присмотрись к Натаниэлю.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты плохо его знаешь, но мог кое-что заметить, — вздохнул демон, снова садясь на стол, — Нейт не способен командовать, но в глубине души злится, когда не владеет ситуацией. Как думаешь, почему он нашил оксалис, оберег от моей силы, у себя на толстовке? Потому что боялся, что я решу ему навредить? Для самозащиты? Нет. Потому что это даëт ему чувство контроля надо мной. Как бы дружелюбен ни был пëс, намордник всегда пригодится, — вот как он думает. Я прошу тебя быть осторожнее, потому что с твоей новой силой… Скажем так: я боюсь, как бы он не решил, что намордник нужен и тебе.
Парень шëл по знакомым улицам, где внезапно стал чужим. Те, кто раньше здоровался с ним, сейчас старались отойти в сторону или перешëптывались за спиной. Но Роджер этого не видел. Ему внезапно стало безразлично мнение этих блох, копошившихся в своëм узком ограниченном мирке. Он же был выше их проблем и страхов. Его волновало другое.
Ангелы или демоны? С кем его место и к чему приведëт тот или иной выбор? Он уже сделал шаг навстречу Абигору, покинув квартиру Нейта. Не из пустой обиды, конечно же, а подальше от ангельской стервы Лючии. К тому же, его ангел-хранитель был теперь совершенно бесполезен. Да и был ли раньше от Натаниэля хоть какой-то толк… Все эти мысли вели Роджера в одну сторону. В противовес им парень вспоминал, что когда-то Нейт спас его от Лилитты, и если бы не та судьбоносная встреча на крыше, ничего уже не имело бы значения. К тому же, поверить в последние слова Абигора было довольно трудно. Неужели ангел действительно сторонился получившего силу Роджера? Чтобы не мучить себя напрасными вопросами, парень взял телефон и набрал номер.
— Нейт, это ты? Привет. Я хотел бы встретиться с тобой и Лючией.
— Ох, привет, Роджер, не ожидал твоего звонка, — послышалось из динамика, — но рад, что ты сам заговорил об этом. Нам и правда стоит встретиться. Мы придëм вместе с Авророй. Кажется, теперь я знаю, как вылечить тебя.
От одного этого слова Роджера перекосило. Вот и ответ. Как он мог быть настолько слеп? «Вылечить»! Натаниэль думал о силе своего ученика, как о заразной и опасной болезни! Слова Абигора обретали смысл…
— Что ты имеешь в виду? — холодно уточнил он.
— Это покажется невероятным, но я встретил того, кто сможет освободить тебя от влияния Бездны! — воодушевлëнный ангел совершенно не замечал, как сам загоняет себя в ловушку, — он прибыл издалека и рассказал мне о невероятном способе очищения от чужеродной энергии. И мы сможем всë исправить, я обещаю!
— Послушай, Нейт… Натаниэль, — сдерживая подступавший гнев, проговорил Роджер, — я не знаю, кем ты себя возомнил, но я не болен. Я силëн, как никогда, и я впервые с нашей первой встречи могу никого не бояться. Более того, я намного сильнее тебя. И если это не укладывается у тебя в голове, то это тебе надо лечиться, потому что я, чëрт возьми, в порядке! Я больше не нуждаюсь в твоей заботе, в твоей помощи и твоих указаниях. Я сам решу, как мне распорядиться силой, которая мне досталась. Оставь меня в покое!
Роджер положил трубку. Он всë же сорвался на крик, но последний приказ был пропитан такой болью, что парень сам поразился остроте собственных эмоций. Стигмато ощетинился лезвиями. Он жаждал крови того, кто так встревожил его хозяина, но Роджер, почувствовавший это, усилием воли подавил гнев Знака. Странное дело: он мог приказывать чуждому разуму древней тьмы, но не мог взять под контроль собственные эмоции. Возможно, это и было его главной слабостью…
Натаниэль застыл, держа телефон в руке и глядя на него так, будто ждал, что тот превратится в тыкву. Облокотившись на стену, Лючия смотрела на него торжествующе, но в то же время сочувственно. Она понимала: Нейт до последнего отрицал очевидное. Он цеплялся за призрачную надежду, взывая к разуму примитивного существа, поглощëнному древней тьмой. Он надеялся, что Роджер ещё может одуматься.
