Когда отец жил с ними, мама обычно кричала на отца. Когда отец исчез с горизонта, а в их семье появился Штефан, стала кричать на Тимофея.
– …Бездушный монстр… Инопланетянин… Господи, кого я родила, за что мне это наказание… Штефан еще остыть не успел – а он уже играет за его компьютером… Тебя не интересует вообще ничего, кроме твоих дурацких игр?! Ты хоть на что-то человеческое способен?!
Тимофей молчал. Он слышал все это уже миллион раз. По опыту знал, что ответы маму не остановят. Ее вопросы не требуют ответов. В какой-то момент перестал слушать и очнулся, лишь когда ему в лицо что-то полетело.
– Ты на меня вообще не обращаешь внимания?! – Мамин голос сорвался на визг. – Ты хоть слово услышал из того, что я говорю?!
Тимофей наклонился и поднял предмет, который швырнула в него мама.
Карточка. Обыкновенная пластиковая карточка.
– Нам заблокировали счет! Я не смогла сейчас заплатить за бензин на заправке, оставила у них почти все наличные, которые у меня были! Нам не на что жить – ты хотя бы это понимаешь?! Или тебе наплевать, что мы умрем от голода?!
Тимофей мог бы ответить, что самое разумное поведение в создавшейся ситуации – позвонить в банк, узнать, из-за чего заблокировали счет. И что нужно сделать для того, чтобы блокировку сняли. Что у мамы наверняка есть другие карточки – так же, как наличные сбережения. Что для того, чтобы умереть от голода в этой сытой благополучной стране, нужно очень сильно постараться… Но он ничего не сказал.
Мама еще какое-то время покричала, не дождалась реакции от сына, расплакалась и убежала к себе в спальню.
А Тимофей наконец получил возможность рассмотреть карточку. Он оглянулся на открытую дверь – мама терпеть не могла, когда он закрывался, этот звук услышала бы, находясь где угодно.
Тимофей подошел к столу. Заслонил его собой так, чтобы от двери не было видно, и выдвинул ящик. Распечатанная выписка из банка лежала сверху. Тимофей посмотрел на номер карты, которую держал в руке. И почему-то совсем не удивился совпадению.
Номер из выписки повторял тот, что был выбит на карточке.
<p>54</p>Войдя в комнату Тимофея, Вероника села на кровать и обхватила голову руками.
– Ты как? – спросил Тимофей, остановившись напротив нее.
Вероника подняла на него взгляд.
– Спасибо, что остановил этого придурка. Он и раньше был неприятным типом, а уж теперь, похоже, и вовсе с крышей распрощался… Впрочем, черт с ним. Видно, что его плющит из-за…
Тут Вероника осеклась и долго молчала, глядя расфокусированным взглядом в сторону.
– Тиш. А ведь получается все-таки, что это – он.
– На чем основана твоя уверенность?
– Ну как… Мы приехали впятером. Брю и Габриэла, понятно, исключаются. Персонал станции – вообще ерунда какая-то. Значит, остается только Лоуренс.
– Ты забываешь о нас.
– Что? – Вероника опустила руки и выпрямилась.
Тимофей присел на край стола и поставил ноги на стул.
– Письма Брюнхильде мог присылать, например, я.
– Ты вообще был в Москве, когда все это началось, – напомнила Вероника.
