– Все нормально? – спросила Вероника. – Этот мудак тебя не обидел?
– Лоуренс? – пробормотала Брю. – Он… Он не мудак.
– Ну, как скажешь, – вздохнула Вероника. Она уже ничего не понимала. – Я просто хотела убедиться.
Брю как-то странно улыбнулась в ответ и закрыла дверь.
Тимофей дослушал диалог Вероники и Лоуренса в коридоре, стоя возле своей двери. Он был готов выйти в любую секунду, но все закончилось на удивление мирно. Убедившись, что Веронике ничего не угрожает, Тимофей беззвучно запер дверь и вернулся за стол.
Достал из кармана разбитый смартфон Габриэлы и несколько секунд смотрел на него.
То, что он сейчас делал, было грубым вмешательством в ход грядущего расследования. Он украл улику по делу об убийстве. За такой проступок можно поплатиться и свободой. А значит, выход лишь один: вычислить убийцу до того, как сюда прибудут следователи.
Круг подозреваемых ограничен. В этом – его преимущество. Но на этом же преимущества и заканчиваются.
Факт номер один: Брюнхильда получает анонимные письма с угрозами расправы. Факт номер два: неизвестный убивает Габриэлу в Антарктиде.
Есть ли связь между этими фактами? Если есть, то, получается, анонимщик прибыл сюда вместе с Брюнхильдой, чтобы убить ее. Но убил Габриэлу из-за путаницы с шарфами – полагая, что это Брюнхильда.
Теперь вопрос: зачем ему было отправляться в Антарктиду и совершать убийство тут, оказавшись в тесном кругу подозреваемых, без малейшего шанса скрыться? В Мюнхене убийство можно было провернуть с куда меньшими рисками.
– И вот тут, – сказал Тимофей, глядя в паутину трещин на стекле, – мы подходим к смелому выводу: скорее всего, убийца – неадекватен. Он переступает через базовую потребность в безопасности ради какой-то мании. Мания. Маньяк…
Тимофей посмотрел в окно. За стеклом несся нескончаемый поток снега. Он летел горизонтально, параллельно земле. Вой ветра уже перестал восприниматься, сделавшись ненавязчивым фоновым шумом. О том, чтобы в такую погоду высунуться на улицу, не могло быть и речи.
– Маньяк не остановится, – сказал Тимофей. – Никогда…
Он вспомнил Сигнальщика. Человека, который, поставив перед собой цель, шел к ней не сворачивая – до последнего момента. Когда в мгновение просветления он решил дать Тимофею шанс спасти девочку. И Тимофей этот шанс не упустил.
Но сколько же крови пролилось до этого! И он не мог тогда поделать ничего, кроме как шаг за шагом подбираться к убийце. Здесь подобного повториться не должно.
Тимофей включил смартфон Габриэлы. Тот загрузился быстро, но на расколоченном экране не было видно ничего вразумительного.
Достав шнур, Тимофей подключил смартфон к своему ноутбуку. Проник во внутреннюю память и вызвал все файлы в порядке обновления. Самым свежим был графический файл, лежащий в папке одного из многочисленных мессенджеров Габриэлы. Тимофей потянулся к нему курсором, когда послышался шорох в коридоре.
Он резко встал, подошел к двери и, отперев замок, распахнул ее. Выглянул в коридор.
Возле двери в комнату Габриэлы стоял Конрад. Он повернулся к Тимофею безо всякого испуга.
– Что вы делаете? – резко спросил Тимофей.
– Опечатываю помещение, – объяснил Конрад. – Такова процедура. До тех пор, пока расследование не будет завершено, сюда никто не войдет.
Тимофей вспомнил про ноутбук Габриэлы. И про свои отпечатки на клавиатуре. Он ведь тогда еще не знал, что Габриэла мертва.
Молча кивнул.
– Я понимаю, что сейчас у всех настроение на нуле, – сказал Конрад. – Но повар приготовил обед. И… В любом случае нам всем нужно поесть. Вас не затруднит известить друзей?
– Затруднит, – сказал Тимофей. – Они не мои друзья.
– Ну, тогда я сам, – улыбнулся Конрад, не показав виду, будто его что-то смутило в таком резком ответе.
Тимофей уже понял, что при каждой удобной возможности начальник станции возвращается к образу радушного хозяина.
– Отлично. Я буду присутствовать в коридоре, чтобы вы не смогли причинить вред Брюнхильде.
– То есть в числе прочих вы подозреваете и меня? – уточнил Конрад.
– Я подозреваю всех.
На это Конрад не ответил. Он со вздохом подошел к двери в комнату Брюнхильды и постучал.
– Что вам нужно? – донеслось оттуда приглушенное.
– Обед…
– Не хочу!
– Как хотите. Просто чтобы вы знали: обед готов, и я бы на вашем месте поел. Антарктида – суровое место. И даже если вы сидите на станции – она вытягивает силы, поверьте…
– Оставьте меня в покое!
Конрад, наклонив голову, переместился к двери в комнату Лоуренса. А Тимофей подошел к опечатанной двери.
Белая лента, одним концом приклеенная к косяку, другим – к двери. Печать станции, подпись начальника: Доминик Конрад.
И отпечатки пальцев Тимофея внутри. На клавиатуре ноутбука.
– Вы уверены? – с сомнением спросил Оскар, когда они уже стояли у двери наружу.
– Да, – сказала Вероника.
Уверена ли она в том, что ей необходимо встретиться с человеком, который, с вероятностью девяносто девять процентов, окажется убийцей? Конечно, черт побери, почему нет!
