Холодные звезды полностью

Это было на грани эротической пытки. Кай не касался моих интимных мест, старательно обошел грудь, отчего тут же заныли соски. Занялся руками и плечами, а я могла думать лишь об одном: дрожит он сейчас от холода или от чего-то другого? Стоит ли давить в себе желание согреть его так же, как он греет меня? Потянувшись, я погладила его грудь, бока и спину. Кожа оказалась прохладной. Тогда я обхватила Кая и прижалась к нему.

Все произошло как-то просто и естественно. Он вдруг подался вперед. Я оказалась на спине с его коленом между моих раздвинутых ног. Мужские губы обожгли кожу ниже уха.

– Кай… – прошептала я, повернула голову… и мы поцеловались.

Сначала лишь прижались губами, стискивая друг друга в объятиях. Необъяснимая потребность. Каждая клеточка в тех местах, где наши тела сплетались, горела от удовольствия. Подумать только, совсем недавно я могла умереть. Ни капли не сомневалась в этом, особенно когда поняла, что не справлюсь с течением. А теперь я лежала в тесном и темном убежище, в руках Кая, и понимала, что его губы дарят мне новые силы, чтобы жить. Для меня это был самый сладкий поцелуй из всех возможных. С капелькой исступленности, с долей осторожности, потому что мы в первый раз делали это. Еще не страсть, хотя некоторые ее отголоски уже зарождались внутри. Скорее, бешеная эйфория, от которой кровь быстрее бежала по венам.

Затем губы Кая приоткрылись и отпустили мои. Он дал мне возможность глотнуть воздуха и замер совсем близко.

– Так теплее? – прошептал он.

– С тобой мне всегда тепло, – призналась я и порадовалась, что в темноте не видно, как краснеют щеки.

Кай помолчал. Я гадала, о чем он думает. Сама не могла собрать мысли в кучу. Словно забыла себя и все, что знала раньше. Самым кошмарным сейчас казалась необходимость отпустить Кая. Самым желанным – ощущать его поцелуи.

– Течение было очень быстрым… – сдавленным голосом проговорил он. – Не знаю, как успел догнать тебя.

Я потянулась и сама прижалась к его губам. Вот так спокойнее. Так хорошо. Так все страхи отступают на второй план. Не хочу вспоминать, как тонула. Не хочу слышать завывания бури и ждать новой беды. Хочу. Его.

Я раньше не испытывала такого чистого потока нежности, заботы и стремления доставить удовольствие, каким окутал меня Кай. Я просто жила для него в тот момент. Наслаждалась им. Растворялась в его руках. Впитывала губами его стоны. Кричала его имя. Вонзала ногти в его спину, заставляя ускорить темп.

Даже грохот бури затих, оставив нас под толщей земли в полном вакууме, лишенном других звуков, кроме шумного дыхания, других запахов, кроме страсти наших тел, и других ощущений, кроме острейшего соприкосновения кожи с кожей. Кай наполнял меня, окружал меня всю, шептал что-то неразборчивое. Так, что мне хотелось продлить это навсегда.

Напряжение достигло апогея и схлынуло. Через пару мгновений Кай оставил меня, рухнул в изнеможении, придавив наполовину своим телом. Пошевелил рукой, загребая и накидывая на нас подстилку. Вскоре мы оказались вдвоем в уютном гнезде. Я повернула голову, уткнулась носом в щеку Кая. Почувствовала, как он придвинул меня за плечи к себе. Так просто и естественно.

Сон еще не пришел, но и говорить не хотелось. Слова казались лишними. Я знала, что Кай тоже не спит. Так мы и лежали долгое время в тишине и темноте, слушая ровное дыхание друг друга.

Проснулась я, задыхаясь от жары. На лице даже капли пота выступили, я слизнула их с верхней губы и открыла глаза. В просвет норы заглядывало яркое солнце. От бури не осталось и следа, разве что засохшие потеки грязи тянулись от самого лаза до моей импровизированной постели. Я заработала руками, раскидывая слипшийся и скатавшийся клочьями войлок. По влажной коже скользнул прохладный воздух. Захотелось чихнуть.

Вчера как-то не озадачилась мыслью, что же это за подстилка, но теперь напряглась, потерла ворсинки между пальцами. Достаточно длинные, разных цветов – от песочно-бежевого до бурого. Ну точно, шерсть. А насекомые? Я принялась судорожно разгребать пух и уже приготовилась содрогаться от отвращения. Но, как ни странно, подстилка оказалась чистой.

Зато в ней обнаружились сухие веточки со странным запахом, чем-то напомнившим лавровый лист. Я поднесла одну к лицу, повертела. Может, это своеобразный отпугиватель паразитов? Кто бы ни построил эту землянку, он был достаточно умен, чтобы не гадить тут, содержать гнездо в чистоте. Так почему бы и от кровососов не защититься?

Потянулась и потрогала пальцем стену – гладкую, блестящую, вымазанную то ли глиной, то ли еще каким природным материалом, укрепляющим землю, чтобы не осыпалась. Неплохое жилище. Что же стало с его обитателями? Почему они не спрятались тут в грозу? Хотя если бы спрятались, то мы с Каем, наверно, замерзли бы насмерть…

Я откинулась на спину, сложила руки на животе и уставилась в потолок. Пусть Кай отсутствовал рядом, но, зная его привычки, нетрудно было представить, что он сейчас или готовит нам завтрак, или исследует территорию. Но то, что мы сделали вчера…