Последние слова с акцентом на “не может” профессор произнес так, как повторяют сотый раз маленьким детям прописные истины про то, что снег - белый, а сажа - черная. После сравнения антимайдана с первым крестовым походом он сам казался мне пилигримом, про которых Бродский писал:
“Мира и горя мимо,
Мимо Мекки и Рима,
Синим солнцем палимы,
Идут по земле пилигримы.
Увечны они, горбаты,
Голодны, полуодеты,
Глаза их полны заката,
Сердца их полны рассвета…”.
- Незабвенный Карпец говорил мне. - азартно проповедовал историк, - "Наша цель на Украине - снести эту границу там, где ее просто не должно быть". И он оказался прав. Граница УССР не имела никакого исторического или этнографического обоснования. Курская, Сумская, Белгородская, Харьковская области - это всё одна Слобожанщина, древнерусская земля, где к XVII веку оформилось чересполосное проживание великорусов и малорусских казаков. При Иване Грозном граница проходила южнее Изюма и Бахмута, и при первых Романовых еще до войны 1654 года русские границы включали в себя и Харьков, и нынешнюю приграничную полосу с Сумами и Ахтыркой… Кстати, Ахтырка вплоть до XIX века была крупнее и Харькова, и Сум…
Он говорил, а перед моими глазами предстал этот невеликий мини-Харьков на полсотни тысяч жителей с огромным количеством церквей на квадратный километр и казармами того самого полка, где служил поэт-партизан Давыдов.
-Николя, что ты знаешь про город Ахтырку? - шутливо поинтересовался Макс.
-Представления не имею, где это. Помню только про ахтырских гусар - читал или смотрел что-то.
-Вот и я - тоже… Всё-всё, прошу прощения, слушаю внимательно.
- Никакие сёла и города этой полосы, - недовольно посопев, продолжил историк, - не входили в Малороссию, не входили в Речь Посполитую, не переживали "украинскую" историю XVI-XVII-XVIII веков. Это - великорусские земли с расселенными на них малорусскими казаками, неотъемлемая часть московской истории.
-Ну, и кто же тогда прочертил идиотскую брянско-черниговскую, курско-сумскую и белгородско-харьковскую "границу"? - скорее из вежливости, чем из искреннего интереса спросил Макс.
-Немецкие генералы в 1918 году, - профессор на этих словах эмоционально стукнул себя по колену. - Почитайте воспоминания историка Сергея Пушкарева, свидетеля тех событий на местах, как чисто случайным образом после Брестского мира немцы с одной стороны, а большевики - с другой решали, какую деревню прирезать к "Украине", а какую к РСФСР. Граница 1918 года - памятник голому насилию и унижению России в Бресте.
-Если это было унижение, - удивился Ник, - почему советская власть не отменила эти глупости, когда Украина стала частью СССР?
-Историческая загадка, - учёный пожал плечами. - Мало того, большевики в 20-е еще больше усугубили ситуацию, передав УССР в 1926 году Путивльский выступ из Курской области в Сумскую. Путивльский район населен великорусами настолько исключительно, что сейчас на бандеровских форумах обсуждаются планы создать в Путивле образцово-показательный "русский этнический район на украинской территории". Путивль оставался в РСФСР в 1917-1926 годах и не пережил никаких украинизаций до его передачи Кагановичем в УССР, наряду с Семеновкой, переданной из Брянской в Черниговскую область.
- И там тоже пограничный беспредел?
- Ещё какой! Курско-сумская межа вообще вся оформлена по принципу максимального издевательства над здравым смыслом: границей разрезали железные дороги так, чтобы они по пять раз заходили туда-сюда из области в область, границей разрезали одну деревню, одну улицу, даже один дом! Представляете?! Внутри жилой постройки часть комнат отнесли к РСФСР, часть к УССР. В случае с Тёткино и Рыжовкой есть одно село с единой улицей, которую просто разрезали и дали разные названия. До 1991 года это был чисто административный шабаш, но по мере установления кордонов, особенно при Кучме, линия на безумной, но все же административной карте стала превращаться в государственные рубежи.
-Может, и Бог с ними? - пожал плечами Ник, - прикольно же - стоять в деревне посреди дороги, одна нога - в одной стране, другая - в другой.
-Прикольно, пока граница - чисто формальная. И совсем наоборот, когда она разделяет враждебные государства, - вставил я свои пять копеек.
-Именно так! - воодушевился историк, получив поддержку. - Верные принципу атлантистского вандализма, украинские власти никогда не стеснялись расчленять и разрушать. Даже дороги демонтировали в единых приграничных сёлах - в Тёткино, в Рыжовке разобрали двадцать метров железной дороги просто из вредности, чтобы поезда не ходили, чтобы сделать России хуже. В пределах одного дома и огорода приставляли пограничников к старушкам, чтобы те не передавали друг другу через сетку-рабицу ягоды или стакан воды. Такое на стремительно нацифицирующейся Украине при Кучме и Ющенко называли "контрабандой через границу". Это же бред сумасшедшего, порождение больного воображения.
-Да, с таким багажом в Европу не въедешь, - хмыкнул Ник.
-И Батькивщину не продашь, - засмеялся Макс.