— Гром и молния! Прикажешь лгать ей?! Этот человек отказался жениться! И чем скорее она поймет это, тем лучше.
Руби наклонила голову и позволила слезам течь по лицу. Грольф, смягчившись, проворчал:
— Если ты не носишь ребенка от этого негодяя, я найду тебе хорошего мужа.
— Я не беременна, — отрезала Руби, отстраняясь. — И не желаю никакого мужа!
— Можешь быть уверена, я отыщу тебе подходящего супруга, — предупредил он, уже жестче, недовольный ее резким тоном, — хотя это будет нелегко, поскольку ты не девственница.
Руби с отвращением воздела руки к небу:
— Да я уже двадцать лет как не девственница.
При этих грубых нелогичных словах взгляд Грольфа мгновенно стал жестким.
— Тебе лучше придержать язык, пока я не найду жениха, иначе можно и отрезать его!
Они ненавидяще уставились друг на друга, отказываясь отступить. Наконец Поппа попросила скальда рассказать длинную красивую сагу.
Несмотря на волнения из-за бегства Торка, замок вернулся к обычной жизни. На день святого Михаила в конце сентября зарезали много скота, готовя припасы на зиму. Все в замке были заняты этим нелегким делом. Женщины выскребали кишки для колбас, что заставило Руби с печальной улыбкой вспомнить самодельные презервативы в Джорвике, но она была слишком угнетена, чтобы шутить на эту тему с Поппой. Единственной радостью было удавшееся бегство Торка. Пусть лучше женится на Элис, чем умрет под пытками, — ведь недаром слуги шепотом толковали о том, как жестоко Грольф расправляется с врагами. Теперь он считал, что Торк заслуживает самого страшного наказания, и не только за то, как поступил с Руби, но и за убийство стражников при побеге.
Поппа и ее женщина присматривали за Руби несколько недель, ожидая, пока придут месячные, что и случилось, благодаря предосторожности Торка. Она ощутила странную печаль, когда показалась кровь.
Ребенок от Торка все равно что тот, которого они так хотели иметь с Джеком!
Грольф обращался с Руби с холодной вежливостью, считая, что она предала его своими поступками и отсутствием раскаяния. Руби бродила по комнатам дворца, словно зомби. Она ела, спала, помогала Поппе по хозяйству и каждый день ходила в церковь на мессу и долго там молилась, но никогда не смеялась, не пела песен и не рассказывала историй. Она знала, как тревожится за нее Поппа, но чувствовала себя беспомощной, окутанной черной тоской.
И так она проведет остаток жизни — в чистилище, и никогда не вернется в будущее, и не отыщет любовь в прошлом. Руби поняла, что подсознательно отыскала причину своего путешествия во времени, и считала, что, если принесет Торку любовь и осветит его жизнь, искупит вину за то, как поступала с Джеком. Но теперь ей казалось, что она вновь все испортила.
— Ты не голодна?: — спросила Поппа мягко, возвращая Руби к действительности и еде, которую положила на ее тарелку.
— Нет, — покачала головой Руби, пытаясь не быть грубой с этой женщиной. Добрая Поппа так старалась разрушить барьер между Грольфом и Руби! Она очень напоминала Ауд.
Ауд! Руби так давно не вспоминала о ней и Даре! Интересно, как поживает Тайкир? А Эйрик? Навестят ли его Торк и Элис во время медового месяца? И будет ли у них свой малыш, несмотря на сопротивление Торка? Занимаются они любовью именно сейчас?
О Боже!
Руби закрыла глаза в приступе смертельной тоски.
— Руби, почему ты плачешь? Нужно забыть Торка. Давно пора…
Но Поппа не успела договорить — в холл ворвался юный гесир и, задыхаясь, подбежал к главному столу.
— Сотни вооруженных людей приплыли на кораблях под знаменами Торка и его деда, — выпалил он, не дожидаясь разрешения говорить.
Поднялась суматоха. Грольф и его люди повскакали с мест, наспех вооружаясь, и ринулись собирать войско. Грольф приказал части викингов охранять стены, а остальным следовать за ним к воротам.
Окончательно измученная Руби поспешила в башню с Поппой и ее дамами. В поле, под стенами замка, стояли Торк и Грольф и о чем-то спорили, размахивая руками. За Даром стояло не менее четырех сотен воинов, и такое же количество людей выстроилось за Грольфом.
Наконец Торк, Селик и Дар вместе с остальными вождями направились в замок, а войско начало раскидывать лагерь на расстоянии.
— Что случилось? — спросила Руби Поппу.
— Не имею понятия, но по крайней мере они не сражаются. Это хороший знак.
Грольф послал гонца с приказом Поппе и Руби оставаться в башне, но Руби успела заметить мрачное лицо Торка. Он, вероятно, разъярен на Грольфа и явился мстить. Однако как хорошо вновь увидеть его!
Несколько часов женщины терзались муками и сомнениями, безуспешно пытаясь заняться работой над гобеленом. Наконец Поппа послала служанку с просьбой подслушать, что творится в холле.
— Они обсуждают ее брачный договор, — сообщила рабыня с широко раскрытыми от удивления глазами, показывая на Руби.
— Мой? С кем? — охнула Руби. — Поппа, Грольф угрожал отыскать мне мужа, но почему обсуждает это с Даром и Торком?
— Нет, ты не так поняла. Твоим мужем будет господин Торк, — пояснила девушка.
Руби и Поппа затаили дыхание и недоверчиво переглянулись. Поппа велела девушке продолжать.
