Едва мы въехали в село, как нашу повозку атаковала свора худых рыже-чёрных полосатых вислоухих собак. Они подняли такое тявканье и визгливый лай, что не занятое на сельскохозяйственных работах сельское население тут же повисло на заборах, вовсю разглядывая нашу повозку и обсуждая всё – конские стати, внешность слуг и хозяев, добротность и крепость нашего транспортного средства. При этом дамы – в основном, это были дамы очень даже пенсионного возраста, оставленные при хозяйстве и внуках – тараторили быстро и громко, не особо стесняясь, что мы расслышим сказанное ими. При приближении повозки они замолкали, кланялись в пояс, а потом продолжали тараторить. И детишки, конечно же, детишки, в основном мальчишки возраста от трёх до семи лет, которые тоже повысыпали на улицу, как горох из дырявого мешка. Причём сомнения в их половой принадлежности не было никакой – большая часть малышни бегала голышом, а остальные – в не особо длинных рубашонках. Штаны здесь, вероятно, считались одеждой для более взрослого населения и детишкам не полагались. Но помянутые детишки от этого не слишком расстраивались. Они бежали за повозкой наперегонки, перекрикивались друг с другом и тянули ручонки, выпрашивая что-нибудь. Я, кстати, отметил, что выглядят детишки… не очень. Ножки кривенькие, животики вздутые, сами худенькие… Прямо как из репортажа о голодающей Африке. Да и взрослые представительницы местного населения не выглядели особо благоденствующими. Странно… И это при прекрасно возделанных полях и явно хороших урожаях?
Между тем посреди улицы неожиданно возникло препятствие в виде довольно-таки крепкого пожилого мужчины с окладистой бородой в когда-то бывшем богатом, а теперь потёртом халате поверх штанов и рубашки. Голову его покрывал остроконечный белый колпак, а в руке он сжимал посох с навершием в виде сжатого кулака.
- Спокойно, - сказал Мит-каль, - это здешний жрец. Ох, чую я, какая-то гадость здесь творится. Но не бойтесь – жрец здесь один и он вполне дружелюбен. Может быть, он хочет попросить помощи? Останови повозку, Дин-эр.
Дин-эр подчинился, и мужчина тут же подошёл к нам.
- Светлого дня вам, путники. Меня зовут Аш-тах, я здешний жрец Солнечных Богинь. Не показалось мне, что есть среди вас те, кто владеет силой?
- Не показалось, - ответил Мит-каль, вежливо наклонив голову. – Я – целитель, направляющийся по срочным делам в столицу, моё имя Кин-эш, а это моя дочь – госпожа Кинайя, которую Солнечные Богини щедро одарили целительским даром. Нас сопровождают наши слуги. Но что случилось, почтенный Аш-тах? Неужели кто-то из ваших близких тяжко занемог?
- Нет, - грустно ответил Аш-тах. – Но здешние люди нуждаются в помощи, ибо на эти земли пало проклятие… Прошу вас, почтенные, разделить со мной скромную трапезу и выслушать мой рассказ. Может быть вы, почтенный целитель, сможете помочь мне… Хотя бы советом, ибо люди, живущие здесь, страдают, а сил моих не хватает для того, чтобы им помочь.
Мит-каль вздохнул. Как я понял, согласно какой-то внутренней этике магов отказать в просьбе он не мог. И я не ошибся.
- Мы разделим с вами трапезу и выслушаем вас. Но, боюсь, помочь сможем только советом, ибо дочь моя – целительница и не владеет боевыми заклятьями, а сам я не слишком силён в боевой магии.
- Но как вы догадались, что мне нужен именно боевой маг? – удивился жрец.
- А кто же ещё? – спокойно отметил Мит-каль. - Вы не сказали, что нуждаетесь именно в целителе, а алхимией и магией Предсказаний обычно владеют все жрецы Солнечных Богинь. К тому же вы упомянули проклятие. Так что всё просто…
- Да, - кивнул Аш-тах, - действительно. Но теперь я всё более убеждаюсь, что вы – именно те, кто сможет помочь. Прошу вас, идёмте со мной.
Я бросил тревожный взгляд на Мит-каля, а в голове у меня тут же прозвучал тревожный голос Антошки:
- «Темнит что-то жрец…»
Однако Мит-каль невозмутимо покинул повозку и протянул руку, чтобы помочь мне. Я вовремя вспомнил о том, что я – девушка, опёрся на руку Мит-каля и постарался выпорхнуть из повозки пограциознее. Судя по восхищённому взгляду жреца, это мне вполне удалось, и мы прошли за ним в дом – довольно-таки скромный и отнюдь не радующий глаз роскошью обстановки. Служитель Богинь явно жил в апостольской бедности и ничуть этим не тяготился. Усадив нас за стол, он позвал немолодую женщину, которую представил, как свою вдовую сестру Ашайю. Женщина быстренько принесла лепёшки, кувшин с молоком и блюдо с фруктами, а сам Аш-тах велел ей покормить Дин-эра, оставшегося на улице. Антошка же последовал за мной в дом, а на вопросительный взгляд жреца Мит-каль сказал, что служанка его дочери – немая, и при ней можно обсуждать любые секреты.
Аш-тах кивнул и начал:
- Это Аш-Асины навлекли на нас проклятие. И уже несколько лет никто из Братьев-жрецов не может помочь мне снять его…
========== Глава 20. История проклятых ==========
- Как это? – удивился Мит-каль. – Как это – не может помочь? Жрецы Солнечных богинь весьма сильны в магии…
