Жалко парня, между прочим. Я бы такого и злейшему врагу не пожелал бы… Хотя… Подобная секс-терапия не помешала бы Кай-суру – глядишь, и мозги бы на место встали, хотя бы и через задницу.
Между тем мужики закончили своё, несомненно, нехорошее дело, и, отпустив опального принца, стали натягивать штаны. Что же касается Кара-сура, то он просто лежал лицом вниз, как мёртвый, даже не пытаясь встать. А заляпанные белёсой жидкостью ноги, задница и спина вызывали у меня омерзение. Не к нему. К его насильникам.
Когда стражники привели себя в порядок, Рах-мат отослал их одним движением пальца, а сам встал с табуреточки, подошёл к продолжавшему лежать неподвижно парню и довольно миролюбиво сказал:
- Мне тоже не доставляет удовольствия видеть всё это, Ваше Высочество. Но это необходимая мера для того, чтобы вы продолжали пребывать в мире живых.
Кара-сур поднял голову и сумел сказать довольно спокойно:
- Я не желаю пребывать в мире живых. Отчего бы Правителю просто не казнить меня и не покончить с этим раз и навсегда?
- Вы прекрасно знаете, что Правитель не может этого сделать без риска навлечь на себя проклятие. Если бы он избавился от вас сразу же после рождения – другое дело, но теперь вы уже вполне взрослый… и ваши магические способности весьма сильны. Именно поэтому он не может казнить вас – проклятие Шамшуров настигнет его. Так что вам придётся жить… и терпеть всё это. А уж я прослежу, чтобы всё выполнялось неукоснительно. Только так можно сдержать ваши магические способности, усиленные специфическими заклятьями Аш-Асинов. Хотя, вы и сами в курсе этого. И не пытайтесь причинить себе вред – у вас это не получится. Отдыхайте… Ваше Высочество.
С этими словами Рах-мат развернулся и вышел, пнув по дороге несчастную табуретку. Кара-сур вновь опустил голову, плечи его затряслись от беззвучных рыданий, но какое-то время спустя он сумел совладать с собой и полез в ванну. А я, услышав скрип двери и испугавшись, что Рах-мат с компанией решил навестить и меня до кучи, ласточкой метнулся в соседнюю каморку и занял своё место на тюфяке, сделав вид, что дремлю.
Но это, к счастью, был не Рах-мат, ибо если бы он решил заглянуть ещё и ко мне – моя жизнь на этом точно бы закончилась, ибо я испытал такую ненависть к Советнику, что захотел вцепиться ему в горло, и оторвали бы меня от этого горла только мёртвым. Мне всё больше было жаль Кара-сура, ставшего разменной монетой в дурацких политических играх. И пусть подсознание ехидно твердило, что одного местного принца я уже пожалел, и ничего из этого хорошего не вышло, я почему-то твёрдо знал, что если бы начать всё сначала, то мы с Антошкой всё равно спасли бы Кай-сура. Можно назвать нас идиотами, но это именно та грань, которая отделяет человека от монстра. И пусть сейчас я выгляжу как монстр – главное оставаться человеком.
Вошедший осторожно дотронулся до моего плеча, и я открыл глаза, обрадовавшись тому, что это был не Рах-мат, а тюремщик. Он глянул на столик, где стоял наполовину пустой кувшин и две лепёшки из принесённых им утром четырёх, и обеспокоенно спросил:
- Ты не съел всё и мало пил, может, ты болен? Принц велел заботиться о тебе, если нужно – я позову лекаря.
- Нет-нет, - тихо ответил я, - спасибо. Просто не хочется. Мне…
- Хочется на волю? – вздохнул тюремщик. – Этого я не могу, прости.
- А можно… Можно мне искупаться? – спросил я. – Здесь где-нибудь есть купальня? Хоть маленькая? Утром мне стало гораздо лучше… но…
- Понимаю, - кивнул тюремщик. – Про таких, как ты, легенды говорят, что вам тяжело без воды. И я сам убедился в этом. Мне запретил Советник давать тебе много воды и разрешать купаться. Но, с другой стороны, принц велел мне заботиться о твоём здоровье, и, думаю, его слова важнее, чем слова Советника. Так что вечером я попробую что-нибудь для тебя сделать… Не думаю, что принц будет возражать…
Ого… Принц… Так он в камеру Кара-сура меня вести собирается? А с другой стороны – куда ж ещё. Наверное, у него одного такой эксклюзив, как личная купальня. Вот и хорошо. Пригляжусь к опальному принцу, может, и парой слов удастся перекинуться… А там… Кто знает?
Одно плохо – времени у меня совсем немного. Если я хочу добиться хоть каких-то результатов – надо действовать быстро. А то вздохнуть не успею – окажусь в гареме у Кай-сура, чтоб ему чихалось и икалось без перерыва!
И я, посмотрев на тюремщика самым благодарным взором, сказал:
- Я благодарю вас… простите, уважаемый, что не знаю вашего имени.
- Бис-мил, - ответил тюремщик, - меня зовут Бис-мил.
========== Глава 34. Башня Духов. Бис-мил ==========
- Бис-мил, - сказал тюремщик, - меня зовут Бис-мил. - И я постараюсь облегчить твою участь, дитя Моря. В память о моём сыне.
- Простите, если я прошу вас вспоминать неприятные вещи… Но вы уже второй раз говорите, что потеряли сына… Это был несчастный случай?
- Именно что несчастный, - скрипнул зубами Бис-мил. – И зовут этот несчастный случай – Сур-эт. Побочный сын Правителя и лучший друг принца Кай-сура. Предан он сводному брату, как собака, что правда, то правда. Но в целом – такая дрянь…
