Такое ощущение, что мы ездим несколько часов, а Деми все рассказывает о том, насколько трудно может быть с ее братом. Что ему нужен особенный человек, который сможет дать ему шанс, как она любит его только потому, что он семья. И если бы он ею не был, то она бы назвала его гигантским мудаком, который заботится только о своей карьере и своей дочери. Она говорит, что годами просила его открыться, быть лучше, не бояться подпустить к себе людей. А потом рассказывает мне о разводе и Кайле, и о том, что она видит его улыбку только тогда, когда рядом с ним Хейвен.
А потом Деми говорит мне, что если я хочу вернуться к Кейру, то не должна позволять Дереку отговорить меня. Что я — независимый человек и должна делать то, что лучше для меня.
— Спасибо, Деми, но ты должна знать, что я не вернусь к Кейру, — говорю я через некоторое время. — И, в самом деле, Дерек ничего не делал. Это я во всем виновата.
— Эй. — Она взмахивает рукой. — Мой брат не идеален. Ты не должна брать на себя всю вину — в драке виноваты оба. Так всегда говорит наш отец.
Я мгновение смотрю в окно, собираясь с мыслями.
— Я рассказала подруге о… нашем секрете. — Я сглатываю твердый ком в горле. — И оказалось, что эта подруга не была хорошей подругой, потому что она продала эту информацию.
Деми ахает, прикрывая рот ладонью.
— Это ужасно, Серена.
— Поэтому Дерек расстроен, — говорю я. — И он имеет на это право. Он был так зол. Я действительно не хочу туда возвращаться. Думаю, я должна дать ему возможность побыть одному.
— Куда ты пойдешь?
— Понятия не имею. Все мои вещи у него. Мой кошелек. Телефон. — Я опираюсь локтем на дверь, опуская голову на руку. — Он был в ярости, и… Не знаю, я просто сбежала.
— Ты останешься у меня. — Деми поворачивается ко мне.
— Я не могу так с тобой поступить.
— Я настаиваю. — Она кивает. — Ты можешь оставаться с нами столько, сколько тебе нужно. А завтра, когда мой брат будет на работе, я отвезу тебя к нему, чтобы ты могла забрать свои вещи.
— Ух ты… Спасибо, Деми. Так мило с твоей стороны.
Она улыбается, ее взгляд добрый и нежный, и мне сразу хочется, чтобы мы стали лучшими подругами. Деми искренняя и ласковая, и ни разу не прокомментировала ничего, связанного с моей внешностью.
— Перестань, — отмахивается она, и мы направляемся к ней домой.
Не знаю, когда увижу Дерека снова, но, в любом случае, я даже не уверена, захочет ли он еще когда-нибудь увидеть меня.
Четыре дня назад Серена вышла из моей квартиры.
Три дня назад я вернулся с работы и обнаружил комнату для гостей пустой.
Два дня назад неожиданно для себя после шести выпитых бутылок «Хайнекен» я обзвонил каждый отель в радиусе пятидесяти километров, чтобы узнать, нет ли ее там.
Ее не было.
Вчера мой отец был вынужден отправить меня в оплачиваемый отпуск на время расследования жалобы, поданной на меня за то, что я переспал с клиентом.
Насколько я знаю, Серена собрала вещи и вернулась обратно в город. Она, вероятно, живет у того богатого придурка, который не в состоянии сделать ни одной фотографии без своей фирменной самодовольной улыбочки.
Но официально она больше не моя проблема.
Ее опекунство было передано помощнице адвоката в фирме, и с этого момента именно она будет заниматься исковым заявлением Серены.
По сути, я больше не привязан к Серене Рэндалл, хотя таблоиды не прекращают обсуждать нас с воскресенья. Все, что у них есть, — это слухи и домыслы. Один журнал даже опубликовал фотографию из моего старого выпускного альбома и взял интервью у некой женщины, о которой я никогда даже не слышал, но которая претендовала на звание моей бывшей девушки по колледжу.
Но все это не имеет значения.
Ущерб нанесен.
Я нахожусь под следствием.
Все, что мне нужно было сделать, это сказать ей «нет».
Но одной затяжки Сереной Рэндалл было достаточно, чтобы стать от нее безнадежно зависимым.
Прошло две недели с тех пор, как я вышла из квартиры Дерека, а неделю назад мне позвонила адвокат по имени Шейла, которая работает в его фирме. Она сказала, что мое дело передано ей, и я не стала уточнять подробности.
В этом не было необходимости.
Дерек не хочет иметь со мной ничего общего.
И я не могу винить его.
Наше слушание состоялось в прошлую пятницу, и с того дня я официально свободна от оков этой нелепой опеки.
— Ты уезжаешь? — спрашивает Деми, стоя в дверях комнаты для гостей в маленьком доме, который она делит со своим парнем. Комната крошечная, в ней едва вмещается двуспальная кровать, но это одно из самых уютных мест, которые я когда-либо называла временным домом.
Я не хочу уходить.
— Да, — отвечаю я.
Деми расстроено хмурится.
— Я рада, что ты была с нами.
— Спасибо, что разрешила мне остаться здесь, — благодарю я.
Каждый раз, когда я протестовала против ее доброты и настаивала на варианте с гостиницей, Деми всегда отказывалась. И за это я ей благодарна, потому что последние пару недель оставаться наедине со своими мыслями, наверное, было не самым лучшим для меня вариантом.
