— Звучит воодушевляюще, — проговорил Крас, его взгляд был устремлён вдаль. — Вот только у меня одно не укладывается в голове. Ты говорил, что история Холпека насчитывает сотню тысяч лет. Неужели за это время не нашлось нормальных людей, которые хотели бы жить в справедливом обществе, с равными правами и свободами? — Его брови сошлись на переносице. — Мне кажется, к этому стремится любое общество.
Марик медленно кивнул, прежде чем ответить. Его глаза, полные понимания, мягко смотрели на Хана.
— Нет, Хан, ты не прав, в любом государстве могущественные личности всегда стремятся получить максимум власти и влияния. А обещание свобод — это иллюзия для привлечения электората. А теперь умножь всё это на два, учитывая, каких людей сюда отправляют. Как правило, в администрации сидят те, кто на родных планетах попался на казнокрадстве, несоблюдении субординации, либо просто перешёл дорогу власть имущим. Никто не любит, когда другие посягают на их власть или пытаются подвинуть с тёплого места. Так что эти люди, попадая сюда, ведут себя примерно так же, как дома, пытаясь откусить кусок побольше.
Марик на секунду остановился, сделал лёгкое движение рукой, будто посмотрел на часы, затем продолжил:
— Отвечу и на второй твой вопрос. Да, были те, кто хотел лучшего, кто желал построить на Холпеке нормальное общество, где каждый волен выбирать свой путь к исправлению. Мы их называем мучениками. Раз в сотню лет одного точно либо подчиняют, либо переводят в выкидыши — потом объясню, что это такое. Ты можешь спросить, почему внешний альянс не наводит тут порядок, ведь это в их интересах… А им просто плевать, лишь бы шли ресурсы в нужном количестве. А во многих мирах то, что добывают на Холпеке, ой как высоко ценится. И лёгкий дефицит им даже на руку. Так что мы имеем то, что имеем. Но всё в твоих руках, — закончил Марик внезапной фразой и прищурился, внимательно глядя на Хана в попытке оценить его реакцию на эти слова.
И тут послышался басовитый голос Кожи:
— Да, червяк, мы на тебя надеемся. Марик обещал, что ты многое поменяешь на Холпеке. Надоело уже, что «Круг горнодобытчиков» заправляет всем ниже пятнадцатого уровня. У них самые богатые и нужные руды. Забирают себе лучших мастеров и учёных, умышленно тормозят технический прогресс. Пора разворошить это осиное гнездо.
Серокожий гигант говорил с явной обидой в голосе. По всей видимости, Кожи был по-настоящему добрым существом, которое хочет лучшего для всех людей. Он и попал сюда, по сути, не совсем справедливо, отказавшись выполнять приказ, который противоречил его моральным принципам и превращал из разумного существа в животное.
— Ты прав, Кожи, — подтвердил Марик. — Наш мир нуждается в переменах, и, возможно, Хан — именно тот, кто сможет их начать. Но помни, Хан, никогда не бери на себя больше, чем можешь вынести. И помни, что у тебя есть мы. Мы — твоя опора и твои соратники.
Взгляд Краса переходил от одного лица к другому. Он видел в глазах своих новых товарищей искренность и надежду. Он ощущал, как на его плечи начинает давить тяжёлый груз ответственности, но в то же время чувствовал поддержку этих людей.
— Знаете, я смотрю, все вокруг очень во мне уверены. Все… кроме меня самого. Вы что, хотите записать меня в очередного мученика? Да я прибыл на Холпек меньше недели назад! И за это время у меня приключений было больше, чем за тридцать лет на родной планете. Меня рвали, половинили, унижали, жгли, убивали, пытались ограбить, вот сейчас судить будут, а потом, как я понимаю, ещё и изобьют. Как-то не похоже на судьбу всенародного освободителя. Вам так не кажется? — раздражённо проговорил Крас, однако в его голосе, помимо разочарования и усталости, присутствовал и оттенок гордости.
Марик, уловив все эти нюансы в голосе Хана, мягко улыбнулся, как бы пытаясь его утешить.
— Хан, твоя судьба — это то, что ты сам выберешь. Мы не можем тебя заставить быть кем-то, кем ты не хочешь. Ты уже многое пережил, и это делает тебя сильнее. Мы верим в тебя не потому, что ты — герой из легенды, а потому что ты — человек, который умеет бороться и не собирается пасовать перед трудностями.
Кожи кивнул в знак солидарности с Мариком.
— Жизнь на Холпеке тяжела, и каждый из нас прошёл свой путь борьбы и выживания, — произнёс он своим глубоким голосом. — Но мы — команда. Вместе мы сильнее.
Паль тоже включилась в разговор:
— Хан, все твои поступки, которым я была свидетелям, характеризуют тебя как смелого и умного человека. Вот скажи, кто бы пошёл на собственный суд, заранее зная, что проиграет и получит наказание? Да мы на планете, на которой обитает куча преступников! Другой сбежал бы и затаился, но не ты. Никто не ожидает от тебя чудес, но мы верим, что ты сможешь внести свой вклад в наше общее дело. Мы здесь, чтобы поддержать тебя.
Филис же молча наблюдала за Красом с блеском в глазах, видимо, полностью согласная со своей семьёй.
