— А разве Черное ухо точно знает, сколько человек подойдет к пещерам? — спросил он. — Впрочем, можно попробовать. Только без аркана. Стоит одному из них вскрикнуть — и погубим дело, — Вретранг перешел на нижнюю площадку, подозвал сыновей. — Кинжал надежнее. Отсюда можно прыгать прямо на спину. Саурон спрячется под скалой, в нужный момент придержит коня и оттащит труп в кусты. — Вретранг повернулся к Анфаны. — Ты действуешь первым и, не мешкая, едешь дальше. Следом готовишься ты, Савкат, потом Димитрий, Библо, Ботар, Сослан.
Показались первые всадники. У каждого на лице — темный лоскут, только глаза и видны. Грабители ехали шагом, не отставая друг от друга. Вретранг волновался. Если все они будут так осторожничать, то вряд ли вообще удастся вклиниться в группу. Но вскоре тропа опустела. Вретранг вытащил из кармана тряпицу и повязал ее на лицо. То же самое сделали и остальные.
Следующие трое всадников проехали через несколько минут. Как только показался одиночка, Вретранг толкнул Саурона — и тот бесшумно соскользнул вниз. Анфаны вытащил кинжал, подобрался к краю скалы и притаился за ветвями барбариса. Братья замерли в напряжении.
Кроме Анфаны, всадника уже никто не видел. Поэтому ожидание было особенно томительным. Но вот внизу послышался негромкий цокот копыт, и Анфаны, взмахнув руками, оторвался от скалы и исчез.
Послышался слабый стон, и, пока Вретранг подполз к обрыву, Саурон, зажав рану бандита, чтобы кровь не пролилась на тропу, уже уносил тело в кусты. Анфаны спокойно ехал дальше. Лишь на повороте он оглянулся, помахал отцу рукой.
Вретранг поднялся, взглянул на тропу. Беспечно, негромко мурлыча песню, к скалам приближался следующий. Вретранг уступил место Савкату.
Вскоре Вретранг остался вдвоем с Сауроном. Приготовив лошадей и убедившись, что тропа свободна, они не спеша направились к пещерам.
Шайку Черного уха увидели на небольшой, не тронутой лесом площадке, у подножия скалистого гребня с черными пастями больших и малых пещер, словно паутиной опутанных живыми и засохшими корнями сосен. Черное ухо на кауром жеребце, украденном у Саурона, поднялся выше всех, к камням, и нетерпеливо посматривал на поднимавшееся из-за утеса солнце, готовое высветить его нестройное войско.
Люди все прибывали и прибывали, и Вретрангу казалось, это будет длиться бесконечно. Но вот, наконец, показался последний, по всему видать — помощник Черного уха, потому что, едва выехав из лесу, он выхватил саблю и покрутил ею над головой. Заметив сигнал, Черное ухо тотчас начал спускаться вниз и, призывно взмахнув рукой, повел грабителей вдоль гребня, к седловине, через которую быстрее всего можно добраться до селения Бабахана.
Вретранг дал знать сыновьям, чтобы держались рядом, не отставали и не вырывались вперед, а сам постоянно следил за предводителем. Поначалу Черное ухо ехал все время впереди, но когда дорога вышла на узкий карниз, ему вздумалось оглядеть свое войско. Он прижался к скалам, остановился и, ласково похлопывая ладонью жеребца, молча смотрел на проезжавших мимо него людей. Вретранг опасался, что Черное ухо так и останется позади, чтобы не подвергать себя опасности, но тот вскоре снова начал пробиваться вперед, подбадривал людей, приказывал сильно не растягиваться.
Черное ухо поравнялся с Вретрангом и некоторое время ехал рядом. Потом, ни слова не говоря, потихоньку начал обходить его, но тут же, услышав жалобный крик канюка, взглянул вверх и резко осадил коня. Вретранг тоже увидел выпорхнувшего из-за скалы коршуна и падающую на дорогу змею. Змея, а точнее — две ее половины, которые уронил канюк, упали рядом с жеребцом Черного уха. Главарь шайки подозрительно взглянул на еще живые, чуть вздрагивающие куски гадюки и обернулся.
— Если канюк роняет под ноги змею, это — к счастью! — крикнул ему Сослан, остановившийся рядом с Вретрангом.
Черное ухо громко захохотал и, ударив плетью жеребца, рванулся вперед.
Вретранг подъехал ближе к останкам змеи и увидел, что она вовсе не разорвана птицей, а скорее всего перерублена саблей. Да и не охотится канюк над скалами, его место — луга и большие поляны. Копытами коня Вретранг раздавил и смешал с пылью обе половинки змеи и поехал дальше.
Дорога широким полумесяцем протянулась вдоль скал, и Вретранг, оглянувшись, увидел, что он вместе с сыновьями находится в самом центре колонны. И тут он понял, почему сверху сбросили перерубленную посередине змею, — Бабахан послал ему знак, что решил отсечь половину банды обвалом.
Вретранг пришпорил коня. Пробравшись ближе к голове колонны, он приостановился, подождал сыновей и спросил у Сослана:
— А что, есть такая примета, со змеей?
— Нет, конечно. Разве не знаешь, где охотится канюк. Ясно, что не коршун уронил змею. Кто-то выпустил его на волю и бросил нам змею. Очень уж насторожился наш предводитель, вот я и крикнул, что на ум пришло.
Вретранг кивнул, глазами поискал Черное ухо.
Тот, наверное, поверил словам Сослана и спокойно ехал впереди колонны.
