Фея торжествовала. Она решила, что ее идиотское торгашеское волшебство вполне удалось.
«Ну уж нет. Ешьте сами, слушайте сами. А меня оставьте в покое!»
Фее пришлось отпрыгнуть и прижаться к полке с бакалейным разнообразием. Света фыркнула и стартанула так резко, что колеса тележки жалобно взвизгнули.
«Что-то я в последнее время резкая стала. И непредсказуемая. Нервы сдают…»
Почему-то в голове всплыла картина побега из офиса, где ей так и не пришлось остаться работать под началом Сергея.
«Надо было сначала разобраться… Катерина говорит, что она случайно позвонила… Да что уж теперь…»
Катя ехала к Олегу забирать свои вещи.
То есть в телефонном разговоре это не было ясно обозначено, но само собой подразумевалось, что после его двухнедельного отсутствия, во время которого он ни разу не позвонил, надо что-то решать.
«Надо объясняться, или все и так ясно?»
Этот вопрос не давал Кате покоя. Не в ее характере было покинуть поле битвы без боя… Но и такие отношения были у нее в первый раз. С Олегом было невозможно скандалить — он умел превосходно скрывать свои чувства, так что собеседнику приходилось все время проявлять инициативу. А какая инициатива у брошенной женщины?..
Сто раз подряд спросить: «Мой милый, что тебе я сделала?»
Или: «Почему ты меня не любишь?»
Нет уж, лучше молча собраться и уйти.
Катерина ожидала чего угодно, но первый вопрос Олега застал ее врасплох:
— Ну что, с кредитом совсем ничего не вышло?
В его голосе звучал металл. Олег готовил себя к этому разговору, прекрасно понимая, что в этом случае чем хуже, тем лучше. У него намечалась знакомая многообещающая комбинация — не очень молодая дама с весьма влиятельным супругом, полным подкаблучником. Если все сложится удачно, этот супруг сможет организовать все — и супервыгодные кредиты, и новенький, с иголочки бизнес, и все прилагающиеся материальные блага. Надо только не спустить с крючка немолодую даму… Бывшая любовница должна как можно скорее исчезнуть с его горизонта.
— С кредитом не вышло… Больше тебя ничего не интересует?
— В общем — нет.
— Ну, тогда — с наступающим. Всего тебе наилучшего…
«Побитая собака. Именно так должна вести себя побитая собака. Почему я боюсь ему сказать, что он мерзавец, что так себя с женщинами не ведут, что он не может вот так просто дожидаться, пока я соберу свои вещи и уйду из его жизни?»
Катя не могла озвучить этот внутренний монолог. В горле стоял ком, она боялась разрыдаться и окончательно потерять лицо. Она же всегда уходила первой, бросала мужчин без малейшего сожаления, бывший партнер моментально переставал для нее существовать, едва появлялась лучшая перспектива…
«Интересно, на кого он меня променял?»
— Скажи, на кого ты меня променял?
Вопрос застал Олега врасплох. Он думал о своем, дожидаясь, пока можно будет закрыть дверь за Катериной, и радуясь, что все прошло так тихо, без скандалов, слез, объяснений.
— Это не важно.
— Для меня это важно.
— Но это тебя не касается.
Не мог же он объяснить ей, что ее единственный недостаток — это отсутствие богатого и влиятельного мужа. Во всем остальном она его вполне устраивала.
Света решила срезать дорогу до работы, свернула во дворик и завязла… За ночь намело грандиозные сугробы, а сюда, похоже, дворники не заходят никогда. Действительно, что им тут делать в такую погоду? А сами жильцы, видимо, относились к лицам свободных профессий и в восемь утра из дому не выходили. Спали в своих теплых постелях или в крайнем случае сидели на уютных кухнях с чашкой кофе… Или чаю? Или сока, или молока, или киселя, или компота… или пива…
Света вспомнила, как вчера в учительской химичка, строгая и сдержанная Наталья Михайловна, охала и махала руками, что твоя мельница. Ее тринадцатилетнюю дочку за какие-то умопомрачительные успехи в спорте наградили поездкой в Дагомыс. Комитет по делам молодежи собрал со всей области группу талантливой молодежи — юные спортсмены, музыканты, танцоры, певцы и победители всяческих олимпиад и конкурсов. В общем, надежда нации… Наталье Михайловне еще пришлось посуетиться, чтобы дочку внесли в списки счастливчиков, подарочки в администрацию отнести…
