Прощание с Василисой вышло скомканным. Она неожиданно расплакалась, не желая отпускать Марьяну. Кощей по-прежнему ее не останавливал, хоть ей этого и хотелось. Кажется, пора прощаться со сказкой.
Но никто не спешил ее отпускать. Иван обхватил Марьяну с обеих сторон, удерживая поводья, держал крепко, будто в клетке. Конечно, он не из тех мужчин, что пленяют девушек. Она знала, что он ей симпатизирует, но методы у него были куда мягче, чем у некоторых. Его мягкость позволит ей провести ритуал, вернуться домой и все забыть.
Она думала об этом всю дорогу. Лошадь мерно покачивала всадников, успокаивая нервы и приводя мысли в порядок. Эмоции утихали, оставляя на поверхности логику и практичность. Наконец-то, минуты затишья позволят ей принять, то, что случилось.
Нужно было думать только о доме. Вернуться мыслями в свой мир, перестать думать о тех, кого она больше никогда не увидит. Хоть порой и сложно отвлечься.
— Я думал, вы будете рады покинуть Койград, — голос Царевича прозвучал над самым ухом.
Он так неожиданно вторгся в ее раздумья, что она вздрогнула.
— Я рада.
— Я слышу в голосе грусть. Вы печалитесь о Василисе? Или есть что-то еще, что способно вас расстроить?
Марьяна не могла смотреть на него, но чувствовала, что тело Царевича напряглось.
— Мы с Василисой подружились, если можно так сказать. Она слегка порывиста, но добра и любит брата.
— А Кощей? Я думал, вы его ненавидите. А он держит вас рядом лишь из опасений перед пророчеством. Но то, что я увидел…
Марьяна все же развернулась и поглядела на Ивана.
— Что же вы увидели?
— Я… понял, что в ваших отношениях не было взаимной ненависти.
Она пожала плечами.
— Ненависть переросла в тихую, но устойчивую неприязнь.
— Не врите, — неожиданно прервал ее Царевич. — Не знаю как в вас, но уж в Кощее неприязни точно не было.
— С чего вы взяли? Что произошло, пока я спала?
— Ничего особенного, кроме того, что мой враг пришел ко мне в темницу, чтобы просить о помощи.
Марьяна почувствовала, что сердце задрожало.
— Расскажите подробно! — потребовала она.
— Это не имеет значения. Мне гораздо важнее, что чувствуете вы.
— Вы не должны… — Марьяна вновь развернулась, чтобы взглянуть ему в глаза.
Она хотела сказать «Вы не должны скрывать это от меня». Но вдруг вспомнила другой взгляд, приятную черноту, а затем молчаливое прощание. Стоит ли терзать собственную душу?
— Вы не должны… так ко мне прижиматься, — улыбнулась она.
Царевич обрадовался ее улыбке.
— Отчего же? Мы жених и невеста.
— Теперь об этой уловке можно забыть, — Марьяна все же постаралась слегка подобраться. — Ведь мне ничего не угрожает. А Кощей не угрожает Зимограду.
— Возможно, — неопределенно протянул Иван. — Вам неприятно?
— Нет, но замуж за вас я не собираюсь. Мы обсуждали это при первой встрече.
Он взял поводья в одну руку, а второй сжал ей плечо. Так знакомо.
— Вы очень смелы, прямолинейны и красивы, — он говорил тихо. — Когда вы пришли ко мне в темницу, я понял, что хочу видеть вас своей женой. Всем сердцем.
В этот момент Марьяна была рада, что не смотрит ему в глаза. Сказать ему, что она ничего не чувствует? Что она вместо его руки представляет руку другого?
— Думаю, вы все же торопитесь. Ведь мы не провели ни единого дня рядом друг с другом. У нас не было возможности…
— Она появилась, — он мягко повернул ее лицо к себе, насколько это было возможно. — Возможность. Теперь мы сможем проводить вместе столько дней, сколько захотим.
Марьяна не знала, куда деваться.
— Я уже влюблена в другого мужчину, — выпалила она и отвернулась, воспользовавшись его растерянностью.
Неужели Марьяна сказала это вслух? Этот факт поразил ее не меньше, чем Царевича.
— Он все же успел завладеть вашим сердцем? — горько поинтересовался Иван.
— О ком вы?
— О Кощее. О ком же еще?
— Но с чего вы взяли? — Марьяна не хотела выдавать своих чувств. — Я говорила о том, кто ждет меня дома.
Он пораженно умолк.
— Вы не дома, — мягко заметил он после минутного молчания.
Марьяна не ответила. Дальнейшие выяснения могут выдать ее намерения. Возможно, Царевич окажется не таким уж сговорчивым. А оставаться более в этом мире она не хотела. Разговор прервался. Но Марьяна чувствовала, что выяснила не все. Что-то скребло ее изнутри.
— С чего вы взяли, что я что-то испытываю к Кощею?
Царевич отвлекся от раздумий.
— Мать сказала, что вы проснетесь от поцелуя того, в кого влюблены. И брат пожелал проверить, не он ли тот счастливчик.
Марьяна задержала дыхание, кровь прилила к лицу.
— Он целовал меня, когда я спала?
— Да, мне пришлось позволить ему это. Ведь я не знал… но вы не очнулись. Зато когда я коснулся ваших губ…
Она почувствовала, что голова кружиться.
— Он решил, что я люблю вас… — пробормотала она.
Чертов синдром «Спящей красавицы»! Все в этих сказках через…
— С магией трудно спорить, — с надеждой произнес Иван.
— Но это не так! Почему я проснулась от вашего поцелуя?!
— Вы недовольны своим выздоровлением? — еще больше удивился Царевич.
