Воздух между нами кажется густым, тяжелым от невысказанных слов, которые, возможно, так и не сорвутся с губ. Последние несколько дней походили на лихорадочный сон, полный неуверенных взлетов и резких падений, где не осталось места для прописных истин. Все слишком сложно, и простым «Ты мне нравишься» здесь не обойтись.
«Ты мне безумно нравишься»? Может быть.
– В отличие от тебя, – вдруг добавляет Огастес.
Отчего в этом саду так опасно мало кислорода?
– Что? – сглатываю я.
Под его прожигающим взглядом учащается пульс, а мысли в голове путаются.
– Совершенно не интересую? – уточняет Огастес, и по его губам скользит тень улыбки. – Лиам, ты не способен солгать даже для спасения собственной жизни.
– Да, – с трудом выдавливаю я, несмотря на вставший в горле ком.
Не знаю, кто из нас пошевелился первым. В следующий миг он касается моей щеки, а я обхватываю его за шею и притягиваю к себе.
Когда мы все же отрываемся друг от друга, у меня подгибаются колени, а губы слегка покалывает.
– Лиам, – шепчет Огастес, прижимаясь лбом к моему лбу.
И больше ничего не говорит. Я тоже молчу, не в силах придумать ни одного подходящего слова. Мне хочется поцеловать его.
Нарушая очарование момента, на дорожке позади нас раздаются легкие шаги.
Миг спустя в сад выходит Кэт.
– О-о, – удивленно моргает она. Мы с Огастесом поворачиваемся, даже не пытаясь отодвинуться друг от друга. – Ну да, самое время.
– Понимаю, Хаос, паршивый выдался денек, – замечает Огастес. – Неужели то, что тебе нужно, не может подождать до завтра?
– Наверное, могло бы, если бы я знала, с чем столкнусь. – Кэт машет рукой в нашу сторону. – Но раз уж я здесь, то все же расскажу… – Порывшись в кармане, она вытаскивает телефон и проводит пальцем по экрану. – Морган прислала сообщение.
– Серьезно?
– Ну, я думаю, что это Морган. Номер не ее, однако сообщение похоже на ответ на мою просьбу о встрече в «Марлоу».
Она протягивает телефон. Огастес со страдальческим вздохом отступает от меня, берет мобильник и с хмурым видом изучает экран.
– И это все? – поднимает он брови.
– Ага.
– Что там написано? – Я склоняюсь над плечом Огастеса, и он зачитывает сообщение вслух.
– Увидимся там. Пришли Джейми.
Мы все дружно пялимся на экран, и в этот миг с того же номера приходит еще одно сообщение.
«
– Это ловушка, Кэт, – убеждает Лиам.
– Морган пишет, что ей можно доверять, – поднимаю я телефон.
– Немного поздновато строить из себя наивную простушку, – фыркает Огастес.
Сидя в кухне Гриффина, мы втроем поедаем хлопья на завтрак и спорим, как быть дальше.
Для меня – особенно при ярком свете утра понедельника – яснее ясного, что нужно оставить Джейми здесь, в безопасности, а самой встретиться с Морган и выяснить, что ей известно.
Парням, как и следовало ожидать, эта идея пришлась не по душе.
– Джейми не позволит тебе туда соваться, – говорит Лиам.
– Ну, она-то до сих пор спит, поэтому не сможет поехать.
– Вам обеим там нечего делать, – раздраженно бросает Лиам. – Мы же договорились – одна ночь.
– Это было до сообщения Морган, – возражаю я.
– Которое прислали с неизвестного номера! Может, оно вовсе не от Морган.
– От кого же еще?
– Не знаю. Может, от громилы, который пытается тебя убить?
Огастес возвращается к столу и ставит перед нами две дымящиеся кружки свежесваренного кофе.
– Мое мнение считается?
– Конечно. – Я опускаю ложку в сахарницу.
– По-моему…
Где-то позади раздается громкий шум. От неожиданности я роняю ложку, рассыпая по столу кристаллы сахара.
– Что это такое? – спрашивает Лиам, поворачиваясь на стуле.
– Похоже на заднюю дверь, – хмуро замечает Огастес.
Шум становится громче, и я напрягаюсь.
– Ты кого-нибудь ждешь?
– Нет.
Мы дружно поднимаемся на ноги и вслед за Огастесом проходим мимо кладовой к задней двери, в верхней части которой вставлено большое окно, закрытое рулонными шторами. Достаточно прозрачными, чтобы сквозь них можно было разглядеть высокую массивную фигуру.
Мы в ужасе наблюдаем, как поворачивается дверная ручка. Дверь заперта.
– Может, нам уйти? – шепчет Лиам.
Я разворачиваюсь и мчусь обратно в кухню, где хватаю с разделочного стола самый большой нож, какой попадается на глаза, потом возвращаюсь в прихожую.
Щелкает замок, и дверь начинает медленно открываться. Напрягшись всем телом, поднимаю нож. Вдруг Огастес хватает меня и решительно отталкивает в сторону, а сам выходит вперед.
– Привет, папа.
В дом заходит Гриффин Сазерленд со связкой ключей в руке.
– Я… Боже, что у тебя с лицом? – спрашивает он, с открытым ртом глядя на сына.
– Драка в баре, – отвечает Огастес.
Гриффин такой же крупный, как убийца из леса, но в его сгорбленной фигуре и усталых глазах нет ничего пугающего.
– Зря я бросил тебя… ну… судя по всему, не одного. – Он хмурится, глядя на нож в моей поднятой руке. – Привет.
– Здравствуйте. – Быстро опускаю нож. – Я… подруга Огастеса. Рогалики резала.
– Рогалики – это здорово, – устало улыбается Гриффин.
– Кэт и Лиам, – представляет нас Огастес.
