– Что? – изумился Ноа. – Эта лодка размером с автобус. Мы не сможем поднять ее.
– У тебя есть идея получше?
– Стоп! – рявкнула Ава. – Вот что случилось прошлой ночью: мы сидели, пили и спорили, вместо того чтобы убежать, а потом Скарлетт умерла.
– Да расслабься уже, – буркнула Джоли. – Выпей и перестань драматизировать.
– Я не хочу пить. – Ава спустилась со сцены и села, обхватив голову руками. Никто ее не слушал. Остров наложил на них свое заклятие забвения и смыл их воспоминания.
Скамейка скрипнула, когда кто-то сел рядом с ней. Она подняла голову и увидела Джоли.
– Вот это приключение, а?
– Нет, вовсе нет! – Ава оттолкнула бутылку, которую Джоли пыталась всунуть ей в руку. – Отвали.
Но даже хотя она возражала, ее гнев ускользал, словно унесенный отливом.
Джоли округлила глаза и отошла от скамейки чуть подальше.
– Королева драмы.
На сцене Клем поправил цилиндр.
– Нашим следующим исполнителем будет…
– Птичка Певчая, – сказала Имоджен, вскакивая со своего места.
– Певчая кто? – хмыкнула Джоли.
– Это мой сценический псевдоним, – фыркнула Имоджен. – Если бы ты ходила на школьные концерты, была бы в курсе. В последний раз я исполняла главную роль.
– Главная роль? – изумилась Джоли. – Школьный концерт – это ответ Портгрейва Гластонбери[12]?
Имоджен выглядела смущенной.
– Вполне возможно. Я пою на профессиональном уровне.
– Ну ладно, ладно. – Клем величественным жестом указал на Имоджен. – Прошу любить и жаловать, Птичка Певчая!
Когда Имоджен запела, все примолкли. Спокойная мелодия была совершенно не похожа на ревущие ярмарочные мотивы. Как показалось Аве, эту арию она уже слышала раньше, но в другом исполнении. Она полностью расслабилась и вновь забыла о панике.
– Фу, лузерша, – пробурчала Джоли.
– Не будь такой противной, – прошипела Ава. – Это утомляет.
– Не так сильно, как ты. Я знала тебя еще до того, как ты стала хипстерской художницей, помнишь? Могла бы всем рассказать, какая ты на самом деле скучная.
– Ты не хочешь, чтобы я менялась, потому что боишься стать ненужной, – парировала Ава, и осознание этого сильно уязвило ее. – Все дело в том, что ты не уверена в себе.
– Говорит девушка, которая шарахается от собственной тени.
Ава встала, намереваясь уйти, но Джоли потянула ее вниз.
– Не уходи, – вздохнула Джоли. – Все дело в этом месте. Фрик-шоу. Я постоянно думаю о своем приглашении, и это выводит меня из себя.
Раздражение Авы сменилось стыдом за то, что она не заметила истинной причины плохого настроения Джоли. Ее брат. Сцена фрик-шоу. Ава открыла рот, собираясь заговорить, но не смогла вымолвить ни слова. Джоли никогда не рассказывала о пожаре, и Ава не знала, с чего начать.
– Пожарные сказали, что он, должно быть, заснул, покуривая сигарету, – тихо произнесла Джоли. – Наш дом был под завязку забит всяким огнеопасным дерьмом, так что все взорвалось в считаные секунды. Как будто родители изо всех сил старались покупать только то, что может гореть. Занавески, диван, даже обои.
– Мне очень жаль, – выдохнула Ава.
– Он не выглядел живым, – продолжала Джоли почти злобно. – Когда его вытащили, я подумала, что он мертв. Я рассказывала тебе об этом? О том, как он выглядел?
Ава уставилась на свои руки. Джоли тяжело дышала – слышались короткие рваные вдохи.
– Ora pro nobis peccatoribus[13], – пела Имоджен.
– Я бы пошла на все, лишь бы забыть, – сказала Джоли уже тише.
Ава знала, что она чувствует. Некоторые вещи будто прилипают к тебе. После того, как столкнешься с ними, становишься совершенно другим человеком. Они словно оставляют в твоей душе след, который ничто и никогда не смоет. А что же грандиозные планы Авы превратиться в новую личность? Всего лишь попытка закрасить эти самые пятна.
– In hora mortis nostrae. Ave Maria[14].
Тишина. Кажется, даже электронная музыка аттракционов исчезла.
Никто не аплодировал. Все смотрели, как Имоджен самодовольно спускается по ступенькам и возвращается на свое место. Компания сидела в ошеломлении, пока Клем наконец не вернулся на сцену. Уже не с таким важным видом.
– Гм, кто-нибудь хочет быть следующим? – поинтересовался он.
Тишина.
– Кто-нибудь?
– Да, я! – заявил Ноа, поднимаясь. Он неторопливо прошел за занавески и тихонько захлопал в ладоши.
Джоли взглянула на Имоджен, сидевшую на соседней скамейке.
– Кажется несправедливым, что кто-то вроде Имоджен может быть настолько талантливым. Талант есть у каждого из собравшихся здесь, кроме меня. Когда-нибудь все вы так или иначе прославитесь, и только я не продвинусь никуда. – Для Джоли такое проявление уязвимости было нехарактерным.
– Я не мечтаю стать известной, – возразила Ава. – Просто хочу что-то из себя представлять.
– Разве это не одно и то же?
Ава натянуто улыбнулась, но ничего не ответила.
– Во всяком случае, Джоли, ты бесстрашная. Ты можешь стать кем только пожелаешь.
– Кем угодно, если для этого не нужно врубать мозги, – пробормотала Джоли.
– Стань каскадершей. Лайкра, шрамы, дэт-метал.
Джоли, казалось, обдумала это, а затем весело фыркнула.
