Прошло четыреста двадцать дней, и вопрос оставался только один: из восьми сотен хороших людей — сколько?
На одном конце ПОБ солдат, который не один час обкладывал вход в свою комнату мешками с песком, пока не превратил этот вход в туннель, заявил наконец, что готов к очередной ракетной атаке.
В другой части ПОБ солдаты узнали, что одна из пуль, которые они выпустили после того, как их по пути на помощь взводу Шоумена дважды пытались взорвать с помощью СВУ, влетела в окно дома и, попав в голову иракской девочки, пытавшейся вместе со своими родными спрятаться, убила ее.
Еще в одной части ПОБ солдат думал о том, о чем может думать солдат после того, как, увидев собаку, лакавшую кровь — кровь Уайнгара, или Райера, или Хэнли, или Беннета, или Миллера, — застрелил ее.
Хорошие солдаты.
Действительно хорошие.
— Ты, мой друг, свое отвоевал, — сказал сейчас Козларич Шоумену, и из всего, что он когда-либо в жизни произнес, ничто, похоже, не было дальше от истины.
Я хочу обратиться к нашим военным и гражданским лицам в Ираке. Действуя в тяжелых обстоятельствах, вы проявили невероятное умение и профессионализм. Тот поворот, которого вы добились в Ираке, — это блестящее достижение, и оно останется в американской истории. И, сколь бы ни была трудна эта война, она не бесконечна. Мы ожидаем, что положение на местах и дальше будет улучшаться, и это позволит нам продолжить политику возвращения людей домой по мере достижения успеха. Придет день, когда Ирак станет достойным партнером Соединенных Штатов. Придет день, когда в Ираке будет создана устойчивая демократия, которая будет способствовать борьбе с нашими общими врагами и соблюдению наших общих интересов на Ближнем Востоке. И когда этот день настанет, вы вернетесь на родину, гордые успехом, и получите благодарность всего нашего народа. Да благословит вас Бог.
— Знаешь, что я люблю? Морковку-малютку. Морковку-малютку с соусом «ранчо», — сказал солдат. — Приеду домой, сразу поем морковки.
— Тс-с-с, — сказал другой, не открывая глаз. — Я плыву на лодочке.
Они пришли к финишу. Наконец-то. 4 апреля. Через несколько часов, когда стемнеет, в ночном небе над Рустамией появятся вертолеты «Чинук». И тогда первая группа — 235 человек — отправится домой, а к 10 апреля никого из них уже не останется.
Рустамия — багдадский аэропорт.
Багдад — Кувейт.
Кувейт — Будапешт.
Будапешт — Шаннон, Ирландия.
Шаннон — Гуз-Бэй, Канада.
Гуз-Бэй — Рокфорд, Иллинойс.
Рокфорд — Топика, Канзас.
Топика — Форт-Райли, автобусами.
А потом — торжественная встреча, которую им устроит благодарный народ США. В маленьком полупустом спортивном зале.
