– Семьи с младенцами веди за тридцать первый, сорок пятый или пятьдесят первый столик, там есть место для коляски. Молодых клиентов, особенно красивых, сажай поближе к окнам и к выходу, чтобы их с улицы было видно. А если будут парочки, у которых не все ладно, ну ты знаешь, может, поссорились или видно, что что-то не так, сажай за любой столик Исабель.
– Почему?
– Она такая… Любому настроение поднимет. С ней легко, даже если она всего лишь у тебя заказ берет, она как будто тебя сканирует и все твои проблемы убирает.
Исабель? Хамка и вульгарная тетка Иди-в-жопу-Джо-Исабель? Конечно, я не поверила. Пока глаза не открыла и не убедилась, что это так.
А еще открытые глазки мои показали и другое: Исабель никогда не уходит домой одна, ее провожает или администратор, или бармен, не позволяют уходить ей поздно без сопровождения.
– Это из-за ее бывшего. Тот еще мудак, подкарауливает ее, угрожает. Но мы своих в обиду не даем.
Все эти предосторожности не помогли. Однажды ее бывший все-таки ее достал. Он подговорил четырех дружков (где только нашел столько козлов), и они ждали Исабель все вместе на парковке поздно ночью. Сам отверженный любовник и его дружок держали бармена, который ее провожал, а трое били бывшую возлюбленную своего друга. Весу в ней сорок пять килограммов, а потому упала она после второго удара кулаком по лицу, дальше подонки пинали ее ногами. Разбили лицо, сломали ребра.
Через неделю в больнице Исабель упрямо вернулась на работу. На входе проплакала в объятьях одного из официантов минут пять, а потом взяла поднос со стаканами и пошла накрывать столики.
Когда пришла парочка с мрачным видом, эти двое почти не смотрели друга на друга. Я по привычке посадила их за столик Исабель, а потом подумала, что ей-то, наверное, сейчас не до того. А потом с удивлением увидела, как она опять творит свое привычное волшебство: говорит с ними, шутит, улыбается. В середине обеда парень убежал и вернулся с розой для своей спутницы. Я смотрела на них и на Исабель, которая в уголочке за баром держалась за бок с перекошенным от боли лицом, и спросила сама себя:
– Так как, ты сказала, тебя зовут, любительница тонкого английского юмора и интеллектуального чтива?
– Ваша А.
– Как-как тебя зовут?
– Ваша А.!
– Иди-ка ты в жопу, Ваша А.!
И когда через пару дней Исабель опять устроила свою любимую шутку и орала через улицу, я стояла рядом и смеялась вместе со всеми, и меня наполняла гордость за то, что я работаю с такими людьми.
Засим откланиваюсь и спешу проследовать в любезно указанном направлении,
Ваша А.
