Волков, не обращая внимание на сидящих на полу оглушенных секьюрити, занял позицию в центре атриума и с помощью тепловизора стал просматривать извилистые линии лестниц и галереи. Сам скрытый темнотой, он методично обследовал парадоксально устроенное пространство, и наконец увидел, чего искал: аппарат распознал человека, облокотившегося на перила белой балюстрады на шестом этаже. Вадим вызвал лифт. Бросив холодный взгляд на охранников-неумех, вошел в кабину и нажал кнопку.
Просматривая картинки с мониторов, Веня закричал: «Вот он!». Илья прильнул к экрану. Человек в кожаной куртке с пистолетом в руке находился в лифте, но стоял так, что лицо невозможно было разглядеть.
— Злата, Казуар поднимается на лифте прямо к тебе! Он вооружен! Будь осторожна! — предупредил Белов.
— Надень очки ночного видения! — поспешно напомнил Веня.
— Поняла, ребята. Встречаю!
По обходной галере шестого этажа почти в полной темноте шел Волков. Рассматривая сквозь тепловизор пространство впереди себя, он удостоверился: спрятаться среди стеклянных панелей и белых стен негде. Камера тепловизора фиксировала холодные цвета — синий и зеленый. Но что это? В конце галереи обозначился горячий объект, пылающий на экране красно-желтым цветом. Похоже, человек. Он прячется, пригнулся и выжидает! Вадим усмехнулся: «Попался, голубчик! Интересно, кто это из неразлучной троицы? Сейчас узнаем!»
Неумолимо, бесшумно, как на охоте подкрадываются к добыче, он стал приближаться к объекту. Удобная мишень не двигалась. Не доходя метров десяти, Волков навел лазерный луч целеуказателя и выстрелил. Объект дернулся и затих. Это озадачило. Подойдя ближе, он выстрелил почти в упор. Тишина. Ни всхлипов, ни вздохов, ни стонов. В темноте Вадим нащупал объект. Это рюкзак! Открыл. Ярко светящийся пластиковый химический источник света ослепил глаза. Злость и досада закипели внутри финансиста, бессильная ярость бешено клокотала, негодование охватило все его естество. Задыхаясь от возмущения, он побагровел, затрясся: «Какая неслыханная наглость жертвы!»
Из-за угла белоснежного ограждения галереи, как из укрытия, поднялась Злата, и, не мешкая, брызнула из огнетушителя пенной струей ему в лицо. Волков, застигнутый врасплох, отпрянул, зажмурился, вскрикнул, но, превозмогая боль от химического ожога, выстрелил в темноту наугад, и тут же девушка огрела его стальным огнетушителем по голове. Стрелок отшатнувшись, попятился, оступился и, не удержавшись, перевалился через перила ограждения и полетел с шестого этажа в пустоту атриума.
С улицы доносился вой сирен: полиция и скорая помощь были на подходе. Илья и Веня разблокировав входные двери бизнес-центра, поспешили в атриум.
— Милая, ты как? — Белов по переговорному устройству тревожился за жену.
— Илюша, со мной все в порядке. Это была самооборона… — послышалось в наушнике.
— Не парься, милая. Я знаю, что выбора не было.
Все еще в костюмах, практически невидимые, они приблизились к распластавшемуся на белом мраморном полу в центре холла Казуару. Вокруг тела медленно растекалась лужа бурой крови. Илья посветил фонариком.
— Это Волков!! — оторопел он.
— Волков?.. — эхом отозвалась по связи Злата.
— Подлюка! — категорично рассудил Веня.
Потрясенные чудовищным открытием, они недвижно стояли, растерянные и угрюмые. Наконец Илья, взяв себя в руки, произнес:
— Что ж, делать здесь больше нечего. Красивое здание…
Он, посветив фонариком ввысь, окинул взглядом «текучий» интерьер. Для его оформления Заха Хадид использовала только два цвета: белый и черный.
Илья философски заметил:
— В жизни всегда чередуются черная полоса с белой.
— Работать в такой среде, наверное, одно удовольствие, — ехидно усмехнулся Веня. — Черно-белая жизнь бурлит страстями, аж выть хочется.
Злата, брезгливо поморщившись, нажала на камушек граната в серьге со встроенным миниатюрным передатчиком. Ее голос парни услышали в наушниках:
— Черно-белый мир слишком предсказуем, годится людям, не ценящим искренность и великодушие, либо упорно не замечающим оттенки смысла. А вообще, ребята, меня воротит от всего этого. Хочу домой!
— Да, пора! Золотце, квантовая машина у тебя, перемещаешься прямо за нами! — Взглянув на Веню, скомандовал: — Первый, пошел!
Троица исчезла. В безгранично-невесомом пространстве атриума доподлинно свершилось возмездие: зло покорилось неизбежному.
Глава 33. Тоталитарная демократия