- Птица, всего лишь птица... - облегченно выдохнула она, чувствуя, как медленно разжимается в груди комок страха. Рано она расслабилась, надо уйти как можно дальше, пока их не нашли. Странно, что до сих пор не догнали - девушка с парнем оставили за собой неплохую траншею, бери и иди по следам. Или туземцы боятся темноты? Или ее боятся? Девушка до сих пор не могла понять эту странную общую истерию, что началась с ее появлением. Как бы там ни было, стоило воспользоваться этой поблажкой озлобленной судьбы.
Аскер срубила лазерно-силовым ножом пару толстых гибких веток, соорудила односторонние носилки. Перетащила туда Шеверса и двинулась в сторону их бывшего лагеря. Как минимум надо было забрать аптечку.
Где-то в середине ночи Саяна добралась до лагеря. И первым делом проверила состояние Рея. Даже не будучи врачом, девушка поняла, что ему хуже. Она не чувствовала ни пульса, ни дыхания, и только короткие нездоровые хрипы, вырывавшиеся из иногда горла, говорили, что актер пока жив. Девушка в панике заметалась по лагерю в поисках аптечки. Плюнула на безопасность и зажгла крошечный электрический фонарик, не беспокоясь, что теперь их может быть далеко видно. Нашла лекарства. Уколола Шеверсу универсальное противоядие, затем антисептики и ранозаживляющие средства... Наконец, секунду поколебавшись, достала последнюю пластинку К-9 - такую же, как однажды уже истратила на клиента, когда тот прыгнул со скалы. И быстро приложила к плечу пациента.
- Попробуй только умереть. Ты мне еще две пластинки К-9 должен. Знаешь, сколько одна стоит? - тихо разговаривала она с Реем, оказывая ему доступную в данных условиях медицинскую помощь. - Полмиллиона одна стоит! А впрочем... я даже подарить их тебе готова, только выживи. Вот же, кретин...
Девушка выключила фонарик, достала походный плед, подоткнула его под Шеверса, и посидела пару минут с мужчиной. Заметных изменений в состоянии потерпевшего пока не было, однако Саяна их так быстро и не ожидала. Затем со вздохом поднялась и снова взялась за ручки волокуши: "Пора уходить. И чем дальше, тем лучше".
Девушка двигалась всю ночь и весь следующий день. Стиснув зубы, не обращая внимания на усталость, дождь и голод, на боль в боку. Пару раз вколола себе модифицированный энергетик и обезболивающее. Можно было истратить на себя последнее ранозаживляющее средство из оставленных Ольгой, но девушка пожадничала. От своих царапин она не умрет, даже если они воспалятся - до станции не так далеко. Зато, если Рей еще раз куда-то вляпается... Аскер негромко выругалась. Зато бесчувственное тело, что она транспортировала, за время пути заметно порозовело и уже нормально дышало, хоть и не приходило в себя.
К вечеру Саяна уже с трудом понимала, что делает. Она, как заклинание, бесконечно мысленно повторяла "Надо идти! Я иду! Я иду! Я иду!" Эта мантра вытеснила все другие мысли. В итоге ноги кое-как двигались, занемевшие руки, сведенные судорогой, продолжали сжимать деревянные ручки носилок. Девушка шла до тех пор, пока, оступившись, не упала на колени, и не поняла, что не сможет встать. Кое-как, собрав последние крохи сил, разведчица, не вставая с колен, подтянула Шеверса под широкий метровый лист тропической лианы. Затем свалилась рядом прямо на землю, мгновенно провалившись в тяжелое забытье без сновидений.
Выкладывается впопыхах, нет времени перепроверить.
Найдете ошибки - черкните в комменты, а?
***
Очнувшись, Саяна некоторое время с удивлением рассматривала "потолок" у себя над головой. Тонкие прутья, положенные в засечки поперек более крупных несущих веток, широкие листья, сложенные черепицей... Под спиной не сырая от ежедневных дождей земля, а деревянный настил с ворохом примятых листьев. Девушка приподняла голову, собираясь с мыслями - с трудом вспомнила события предыдущего дня, Шеверса на носилках.
- Рей! - с коротким воскликом вскочила девушка и принялась вылезать из кособокой хижины. Застыла на входе.
Вечерело. Саяна застала тот короткий период тропических суток, когда солнце только-только село, а темнота, сваливающаяся на лес буквально спустя десять минут, еще не наступила. Перед хижиной тепло и уютно потрескивал небольшой костер, а Рей сидел рядом и ковырял ножом разведчицы трухлявое бревно, пытаясь достать относительно сухую середину.
- Не такой я плохой ученик, да? - с улыбкой сказал Рей, поднимая глаза на девушку. - Хижину вон сделал, - указал он рукой в сторону плода своего труда. - Костер развел... А еще уколол тебе энергетик и заживляющее. Рана больше не болит? Ты целый день проспала.
Саяна, не отрываясь, смотрела в глаза Рею. На щетину, неровно отшкрябанную с одной стороны с помощью мачете, на отблески огня в глазах, на длинные сильные пальцы, покрытые свежими царапинами.
- Разве ж это хижина? - не удержалась от шпильки девушка. - Шалашик...
Губы предательски дрогнули, в глазах защипало...
- Живой, - едва слышно выдохнула разведчица, - какое счастье... живой...
Ноги вдруг ослабели и перестали держать. Девушка осела на землю, закрыв лицо руками, чувствуя, что сейчас позорно расплачется...
