- Каро?- попыталась выдохнуть девушка, но изо рта вырвалось лишь хриплое сипение. Она с трудом поворочала сухим языком, отметила влажный привкус крови, просочившейся из растрескавшихся губ.
- Да, Каро. Каро. Каро! - продолжал повторять Раски, ожидая от Тани хоть какой-то реакции. - Ты похожа на чучело. Неужели ты хочешь, чтобы он тебя такой увидел?
Раски сунул девушке под нос зеркало. Та устало отмахнулась, но Шинон заставил ее взглянуть.
- Да-да... смотри. Выглядишь так, будто месяц тяжело болела. Без слез смотреть нельзя.
Да, действительно... завтра приедет Каро! Завтра! Эта мысль придала сил. Надо привести себя в порядок! Мысль ярким пятном вспыхнула в затуманенном мозгу и попыталась улизнуть. Но Наталья успела за нее ухватиться.
- Пить! - прошептала она. У ее рта снова возникла мокрая губка, и девушка благодарно к ней присосалась. - Еще...
На этот раз Раски поднес к ее губам чашку и, поддерживая Наталье голову, напоил девушку.
- Теперь в ванную. Вода уже ждет.
Он поднял Наталью, отнес в ванную и опустил в воду прямо в рубашке. Полил из ковшика ей на голову, доставая шампунь. Ласковое тепло расслабило скрюченные, затекшие мышцы. Раски помассировал ей голову и шею. Девушка начала приходить в себя. После купания даже заставила себя выпить чашку некрепкого бульона и снова уснула. На этот раз глубоким ровным сном.
Раски отставил пустую чашку и присел в кресло, наблюдая за девушкой. Теперь она выглядела лучше. Ненамного. Мысли текли безрадостные. Неужели это из-за Рикара? В конце концов он гайт, они телепатически привязывают к себе своих женщин. С другой стороны - он гайт только на половину, и это свойство у него никогда не срабатывало... Да и не слышал Раски ни разу, чтобы женщины гайтов доводили себя до такого состояния. Может, стоит с ним поговорить? Или нет? Или Наталья просто переутомилась и приболела? По крайней мере, давным-давно, в его прошлом, когда он с Натальей улетал с Земли, она была в порядке. Без Рикара, но в порядке. Веселая и бодрая, как всегда. Тогда он не заметил ничего необычного. Раски вздохнул, включил искин. Он уже давно не боялся, что его засекут. Когда-то он сильно поранился, чудом избежал смерти, а его биологический искин оказался поврежден. Навигационный модуль не работал уже много лет. Сейчас же Раски извлекал данные по перемещениям земной команды в ближайшие месяцы. И сразу же чертыхнулся. Райдер скоро уедет. На неделю. На Землю.
- Ну что ж... - проговорил он, - вот и проверим. Неделю я за Натальей присмотрю.
***
Дата
ЗЕМЛЯ. С-А Централ.
Ольга чувствовала, что устала. И не сказать, что работы было так уж много. Но нервное напряжение не отпускало ее уже два месяца (?). И она прекрасно понимала, в чем причина. Отчасти в Дрейке, что развел очередные тайны с Наташкой. Точнее, самой Ольге было не совсем до Наташки сейчас, скорее продолжало ныть уязвленное Дрейком самолюбие - опять тайны, все осталось по-старому... Отчасти в Андрее. Усольцев хоть и не путался под ногами. И вообще в последнее время даже по мелочам помогать начал... Но напрягало одно его присутствие. И этот преданный щенячий взгляд. И голодные глаза, с надеждой глядящие каждый вечер на Ольгу и заставляющие ее звать парня на ужин. И даже его вечная улыбка и предупредительность - вот хочется сорвать злость, а он даже повода не дает! И странное чувство вины, что она мало уделяет парню внимания. Ну, в смысле, бродит он по офису неприякаянный, неадаптированый...
В какой-то момент Ольга не выдержала. Помимо отпуска, у нее было законное право раз в год отправиться в рейд. Хоть на другой конец галактики. Ершова этим правом давно не пользовалась, однако сейчас с ясностью поняла, что этот момент наступил. Она быстро выбрала подходящее задание, согласовала с Дрейком дату отлета - через неделю. Зашла в свой кабинет с намерением сообщить Усольцеву новость о скором отъезде, но так и не сообщила. По непонятной для себя причине. Не хотела расстраивать? Глупости какие! Но на следующий день все повторилось. И через день тоже. Не хотела она этого разговора. Не хо-те-ла. И все тут. Лишь накануне отъезда Ершова поняла, что тянуть больше нельзя.
- Завтра днем я уезжаю в рейд, - ровно сообщила она вечером, когда Усольцев по привычке зашел к ней домой.
- В рейд? Надолго? На месяц?! А почему мне не сказала?
Лицо парня сначала приобрело удивленное выражение, затем обиженное.
- Я поеду с тобой! - наконец выпалил он, и Ольга в этот момент отчетливо поняла, почему она не хотела этого разговора. Потому что в душе подозревала, что мальчишка именно так и ответит.
- Нет, - отрезала она. - Ты несовершеннолетний. Брать детей на серьезные задания - это неправильно.
Даже будучи сердитым, обиженным, удивленным, Андрей умудрялся сохранять на лице легкую, невесомую полуулыбку. Словно все остальные эмоции временны. Словно он лишь на мгновение нахмурился, чтобы тут же забыть о печалях и начать улыбаться снова. "А чего грустить. Все живы, здоровы. Войны нет, голода нет. Остальное ерунда. Завтра и не вспомню..."
