— Значит, ты не забыл, как ворвался ко мне без стука? И как чуть не убил меня?
— Да, и я прошу прощения и за то и за другое.
— Так, значит, ботфорты — это что-то вроде извинения?
— Нет. Это подарок.
Мия качает головой.
— Какой же ты странный…
— Не страннее, чем ты.
Пожалуй, не лучший мой ответный выпад, но сейчас все мое внимание сосредоточено на ее пухлых губах…Ох, что же она вытворяла этим ртом… Я снова делаю глоток вина. Не лучше ли будет поговорить о работе?
— Расскажешь, над чем ты сейчас работаешь?
Мия приподнимает бровь.
— Серьезно?
— Конечно. Ты проводишь исследование для своей наставницы, верно? Профессора Санторо, кажется?
Она кивает.
— Я помогаю ей в лаборатории. Обычно она не берет в ассистенты тех, кто еще не на четвертом курсе, но мне разрешила заняться научной работой на год раньше, чтобы повысить мои шансы попасть в Женевский университет по программе студенческого обмена следующей весной.
— Будет здорово, если все сложится удачно.
Она улыбается в бокал вина.
— Да. Это очень сложная и насыщенная программа, и там я смогу поработать в университетской обсерватории, данные в которую поступают из потрясающих телескопов Ла-Силья в Чили. И еще я увижу кучу других исследовательских центров: например, обсерваторию «Сфинкс», самую высокую в Европе, и Обсерваторию Верхнего Прованса во Франции. Это поможет мне определиться, где лучше защищать диссертацию, у нас или в Европе, и обзавестись полезными связями в своей сфере. А еще я посмотрю мир — раньше я никогда не путешествовала. Небо, конечно, прекрасно всегда, но мне не хотелось бы упускать возможность посмотреть на него из разных точек планеты, понимаешь?
Чем дольше Мия говорит, тем выше и восторженнее звучит ее голос. Ее энтузиазм так заразителен, что я даже не пытаюсь сдержать улыбку. Если кто и заслуживает места в этой программе, то это она.
— Значит, это будет следующей весной?
— Да. И продлится до конца лета.
— Здорово. Ты ведь занимаешься изучением этих… Как они там называются?
На самом деле я помню. Помню, потому что спрашивал Мию об этом, когда ласкал языком ее соски, и это слово вырвалось у нее вместе с выдохом наслаждения.
У меня же есть талант к бейсболу и понимание его этики, но что с этим всем делать, я не знаю.
Мия качает головой, но в забывчивости меня все же не упрекает.
— Экзопланеты. Это планеты, вращающиеся не вокруг Солнца, а вокруг других звезд. Одно из самых огромных преимуществ программы обмена заключается в том, что телескопы в Обсерватории Ла-Силья учитывают данные прибора под названием спектрограф CORALIE, что позволяет им обнаруживать крайне большие экзопланеты. Если я попаду туда, то смогу погрузиться в свое исследование задолго до поступления в аспирантуру.
— Звучит невероятно круто. Хотя я не имею ни малейшего понятия о том, что такое спектрограф.
Мия смеется.
— Ну, это… Ты уверен, что хочешь послушать? Я тебе еще не надоела?
— Не-а, — ухмыляюсь я.
Она прищуривается. Я знаю, что не стоит сейчас говорить ей, как она очаровательна, но про себя отмечаю, что ее лицо буквально светится от «космического» возбуждения. Это кажется мне невероятно милым.
— Мне нравится видеть тебя такой счастливой. Расскажи мне об этом спектрографе все.
По выражению лица Мии я понимаю, что мои слова не кажутся ей правдивыми, но все же она выполняет мою просьбу и начинает рассказывать. Я слушаю ее, жадно ловя каждое слово.
19
Мия
Я ворочаюсь в постели — простыни сбились и обвились вокруг ног. Мне открывается вид на окно.
Я так и не смогла заснуть. Все мое тело дрожит от желания, а клитор буквально кричит, чтобы на него обратили внимание. Я пытаюсь игнорировать это: кусаю подушку и смотрю на луну.
Мое тело жаждет разрядки. И требует ее от одного конкретного человека.
Этот человек сейчас лежит в своей кровати, и нас разделяет лишь тонкая стена.
Уже которую ночь.
Как же сложно было расстаться с Себастьяном после ужина! Он дослушал мини-лекцию о моем исследовании, и, похоже, ему действительно было интересно, а такое случается далеко не со всеми. Обычно людям просто хочется обсудить существование инопланетян, но, когда я углубляюсь в детали, они постепенно теряют интерес. Себастьян же задавал довольно вдумчивые вопросы, хотя сам не занимается ни физикой, ни астрономией. Он даже подсказал мне, как можно решить проблему с программой, всего лишь спросив о чем-то, что изменило ход моих размышлений. После того как я по глупости потеряла часть кода, это стало для меня настоящим глотком свежего воздуха. Я досидела до конца ужина с одним бокалом вина, хотя и подумывала о том, чтобы выпить еще, но сумела сдержаться.
