Когда он закрывает за собой дверь, я плюхаюсь на кровать. Почти все ребята из команды отправились в бар. Хантер, с которым мы делим комнату, пошел с ними, так что теперь никто не помешает мне поговорить с Мией по телефону.
Я закрываю глаза и чувствую исходящий от простыней запах чистоты, свойственный постельному белью в отелях. Когда-то такие поездки казались мне настоящим приключением. В школьные годы турнир был для меня целым событием, а на первом курсе — чем-то вроде бесконечной вечеринки. Но вот в последнее время… одни лишь неудобства и суета. Вместо того чтобы тащиться со всем снаряжением в этот дурацкий университет в Олбани, я бы с удовольствием остался с Мией. Моя жизнь в низшей лиге будет состоять из длительных поездок на автобусе и ночевок во второсортных отелях — это уже до чертиков пугает меня. Бейсбольный сезон для игроков любого уровня означает полную оторванность от дома и близких.
Я прижимаю ладони к векам — пакет со льдом шлепается мне на грудь.
Не стоит звонить Мие.
Моя поездка будто отдалила нас, и это совсем неплохо — особенно учитывая мой вчерашний кошмар. Несколько секунд после пробуждения я думал, что все еще сплю. В свете луны Мия была похожа на ангела: рассыпанные по обнаженным плечам волосы, безупречно прекрасное лицо. Но я не спал. Она действительно была рядом и хотела помочь. Возможно, повлияла ночная тишина, из-за которой я всегда чувствую себя одиноким (хотя в обществе Мии — менее одиноким), или еще не успевшие улетучиться из моей головы образы, но той ночью я открылся ей, как никому другому.
С тех пор как мы с ней снова стали спать, я пытался держать некую дистанцию, чтобы не испытывать чувств, от которых впоследствии не смогу избавиться, но в те моменты… я был готов отдать ей что угодно. Был готов упасть на колени и умолять о любви. Я притворялся, что мне достаточно таких отношений, но лишь обманывал себя. Я никогда по-настоящему не верил в это — ни единой секунды.
Грудную клетку обжигает холодом. Я потираю это место, уставившись в потолок. Да уж, в этом отеле явно не слышали, что лепнина уже давно не в моде.
Я открываю в телефоне контакт Мии. Мой палец зависает над кнопкой вызова.
В чем же я облажался? Что такого сделал, раз она оставила меня, когда все было так хорошо? Почему она не принимает мои чувства? Ведь я знаю, что со мной ей было бы лучше, чем с кем-либо еще, черт возьми!
Я нажимаю на кнопку. Один гудок. Два. Три.
— Себастьян?
Слышать, как она называет меня по имени, — настоящая музыка для моих ушей. Я сажусь на кровати, снова прикладывая к ушибленному пальцу пакет со льдом.
— Привет. Не занята?
— Торчу в лаборатории.
— Трудишься сверхурочно?
Мия фыркает. Я никогда не был в ее лаборатории, но легко могу представить, как она сидит за столом в своих легинсах и мешковатой футболке, с компьютерными очками на носу. Волосы у нее наверняка собраны в пучок, а в ушах — золотые серьги-обручи, которые она в последнее время почти не снимает. Я кручу в руках отцовский медальон.
— Нет, — отвечает она. — Просто утром было долгое собрание, и теперь я пытаюсь наверстать упущенное. Как прошла игра?
— Мы выиграли. Я отбил два раза: сингл30 и дабл31.
— Это здорово.
— Ага. Правда, палец слегка ушиб, но это ничего страшного.
— А какой?
— Всего лишь мизинчик.
— Хорошо, что удар пришелся не на какой-нибудь из важных пальцев, — говорит она с явным намеком.
Я улыбаюсь, хотя Мия и не видит этого.
— Ну и грязная же ты девчонка, Ди Анджело!
— Тебе ведь это нравится.
— Еще как. — Я устраиваюсь поудобнее, вытягивая ноги. — Наверное, сейчас у тебя совсем нет времени немного отвлечься и расслабиться?
— Неужели ты уже настолько по мне соскучился?
— Да. С тех пор как я вышел с поля, все мои мысли только о тебе.
— Оу, — произносит она.
Я сглатываю, стараясь справиться с неловкостью. Пожалуй, это не лучший момент для того, чтобы напомнить ей о данном мне обещании, но я не могу перестать думать об этом с той самой минуты, как она помогла мне справиться с моим кошмаром.
— Я знаю, что обещал не донимать тебя, — начинаю я. — И если ты сейчас не готова, я подожду еще. Но ты кое-что мне пообещала, и этот пункт нашего договора до сих пор так и остается невыполненным.
Довольно долгое время Мия молчит. Я знаю, она не повесила трубку, поскольку слышу в динамике ее тихое дыхание. Даже несмотря на то, что она сейчас в Гудзон Вэлли, а я — в Олбани, мне кажется, будто нас связывает невидимая нить. Знать бы, чувствует ли и она то же самое.
Не может быть, чтобы я ошибался. Я не понимаю, почему она меня отталкивает, но дело точно не в отсутствии чувств ко мне. Если бы только она доверилась мне… Я бы обязательно нашел способ помочь.
— Я не могу, — произносит она. — Не так. Не по телефону.
— Что бы ты ни сказала, — быстро говорю я, — я тебя не осужу.
Снова тишина.
— Все совсем не так, — наконец отвечает она.
— Тогда как?
— Выгляни на улицу, — просит Мия.
Я послушно соскальзываю с кровати, подхожу к окну и, раздвинув тяжелые плотные шторы, смотрю в темноту.
— Ну и что дальше?
— Тебе видно луну?
Поиск занимает у меня пару секунд.
— В какой она сейчас фазе?
